Кавайничество современного миря Ня^^

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Яойные

Сообщений 1 страница 28 из 28

1

Яойные фанфы

0

2

это не фанф..но яойный рассказ..сойдет?
мне этот рассказ ооочень понравился...
Слишком поздно - Автор Тери Сан.
   Предупреждение: ненормативная лексика и прочие прелести депрессухи.
   ********************
   Я знал, что всё пойдёт не так, с той самой минуты как мы встретились.
   Лёд и пламя никогда не смогут быть вместе.
   Мы слишком разные. Разные. Я знал, но, тем не менее, я не смог остановится. Сергей прости меня. Теперь я знаю ответ. Даже если я понял его слишком поздно.
   
   Когда мы впервые встретились, был март. Солнце светило в огромные распахнутые двери училища, отражалась на зеркальных колонах. Коридор был залит солнцем и светом. О чём то мне на ухо, истерично хихикала Ленка Ващенко Её лицо напоминало мне пирожное, обсыпанное сладким кремом. Такое же приторно сладкое и удивительно доброе. Гномик в женском обличье. Но ты знаешь, ей это удивительно шло. Наверное, потому что в ней не было фальши.
   Я стоял, выслушивая какую то очередную бредовую тему про дежурку в столовой и думал о том, как бы отвязаться от неё и сбегать покурить до начала урока. Рядом о чём то глючила Анька и моя сестра. Уж не знаю чего эти дуры так уцепились за меня. Анька мечтала затянуть меня в постель, Натаха всеми силами этому способствовала.
   А на душе было тоскливо и муторно. И даже солнечный свет не мог развеять поселившийся там мрак.
   - Отъебать её что ли? - я с тоской посмотрел на краснеющую Аньку и отвернулся, глядя на двери и мусоля, в кулаке пачку сигарет.
   А затем увидел тебя.
   Ты, прихрамывая на одну ногу, летел по ступеням. И ты светился.
   Глаза зелёные как море или как аквамарин. О чём я говорю, я ведь никогда не видел ни моря, ни этого грёбанного аквамарина. Да и глаз твоих не мог разглядеть. Видел только взъерошенные волосы и улыбающееся лицо с раскосыми так странно смотревшимися на вполне славянской физиономии глазами.
   - Серг - взвыла Ленка, перестав тараторить, и повисла у тебя на шее, за секунду до того как ты остановился и выдал, не обращаясь ни к кому
   - Привет народ.
   Просто привет, и в эту секунду, я готов был простить весь мир. Ленку с её тупой болтовнёй, дебильно краснеющую Аньку. В эту секунду даже она показалась мне милой и стервозную, заипавшую меня Натаху...
   Твой солнечный свет, свет который излучало твоё лицо и твоя фигура...
   Он заставил меня простить их всех.
   Ты знаешь, я влюбился в тебя, в эту секунду....Нет за секунду до этого. О чём я говорю? Серж, я полюбил тебя, как только увидел. С первого взгляда. Бывает ли такое? Наверное, бывает.
   - Здоровеньку будем - сказал я и пожал твою широкую ладонь.
   - Макс.
   - Серега. - Ты стиснул мою руку, с какой то лёгкой опаской, потому что на фоне твоей ладони она оказалась неожиданно маленькой.
   - А у меня сегодня контрольная по алгебре - ни с того ни с сего выдала Ленка.
   - О контроша - ты заинтересовался - У нас тоже завтра будет, дашь темы списать?
   - Ладно, всем удачно списаться. Мне пора - сказал я - Скоро будет звонок. Пойду скурюсь, нафиг что ли.
   Ты усмехнулся, посмотрев на меня с интересом. Что то торопливо заговорила Натаха. А я, повернувшись, ушёл.
   - Не пропадай надолго - крикнул ты мне в спину. - Потом вместе скуримся.
   - На перемене - ответил я, даже не поворачиваясь. Зачем? Я шёл на пару, не замечая пристроившейся рядов верной тенью Аньки и своей постоянной язвы, на правах моей двоюродной сестры, Натахи.
   Не замечая ничего.
   Серг ты знаешь, я люблю тебя - я открыл тетрадь, и начал записывать лекцию, не замечая ничего вокруг. Перед глазами стояло только твоё лицо. Лицо, состоящее из солнечных зайчиков.
   Я люблю тебя Серг - подумал я и прикрыл глаза - Ты знаешь, я ведь не гей и никогда не был им. А вот теперь встретил тебя и точно знаю, что ты самый дорогой для меня человек. И что я люблю тебя Серг. Смогу ли я справится с этим чувством? Смогу ли я когда нибудь...Прикоснутся к тебе.
   Знаешь Серг, в ту минуту я не задумывался о том, сможем ли быть вместе. Честно скажу, я не представлял этого. Просто мне хотелось быть рядом с тобой, смотреть на тебя ,слушать твой задорный смеющийся голос, ну может быть касаться тебя изредка. Разве я могу позволить себе любить тебя.
   Могу Серг. Ещё как могу.
   Мне казалось, что я сумею скрыть свои чувства.
   А потом стало поздно. Когда у меня настолько сорвало крышу, что я не смог жить без тебя? Я не знаю Серж. Я не знаю.
   Мы встретились с тобой через час, и помню, курили, изредка бросая друг на друга взгляды тайком. А потом...
   Потом мы уже не могли разойтись. Мы пошли ко мне домой. В сопровождении целой толпы. Была Ленка, и Натаха, и Анька и даже твой друг Андрей. Мне было плевать, сколько их будет. Я хотел видеть тебя, хотел говорить с тобой...Ты был нужен мне Серг. Нужен как кислород, без которого я внезапно не смог дышать.
   Автобусы не ходили. Очередные перебои с бензином. Ты жил в десяти километрах от города в старорусском поселке, и мы засиделись до самой ночи. Давно уже уехал Андрей, и куда то убрела Ленка. Мы не замечали ничего. Опомнились, лишь, когда в комнату зашла моя мать и сказала нам, что если ты не будешь ночевать, то тебе лучше выдвигаться сейчас иначе твои родители будут волноваться. Я пошёл тебя проводить. И лишь на остановке понял, то, что с нами, оказывается, идут Анька и моя сестра. Увлечённый тобой я почти не замечал их присутствия. Я даже не обратил внимания на тот факт, что Анька осталась с ними до самой ночи, и что её обязательно влетит от родителей. Потому что они у неё строго относились к подобным вещам. Я не заметил. Да и как я мог заметить их, если видел только тебя. Твой смеющийся солнечный свет. Я шёл с тобой, и мы говорили и смеялись, внезапно понимая, что у нас.
   Так много общего на двоих.
   Ты начинал фразу.
   Я её заканчивал.
   Ты называл певца.
   Я знал нашу любимую с тобой песню...
   Могло ли такое быть Серг, что мы были с тобой двумя половинами внезапно встретившегося целого?
   Нам было так хорошо рядом друг с другом. Понимал ли ты, что я чувствую? Испытывал ли ты то же самое Серг?
   - Да - в твоих глазах я читал ответы на свои вопросы. Видел это в твоих глазах и понимал, что ты никогда не признаешься себе об этом вслух. А я.
   Я слишком боюсь этого, что бы поверить.
   Мне были нужны слова Серг. Твои слова о твоих чувствах ко мне.
   Но слов не было. Не было ничего из того, что могло бы помочь нам.
   - Ты знаешь - ты смотрел на меня. А мне казалось, что тебе всё равно. Что ты не испытываешь ничего из того что раздирало мою душу. Для тебя мы всего лишь друзья Серг. Если бы я умел читать мыслил Серг. Я не умел их читать.
   И мы с тобой бесились как два придурка, зажигали на дискотеках взрывали бары и ... Серг, почему мы не кадрили девчонок? Знали ли мы ответ, на этот вопрос?
   Я, стоя на парапете крыши, хлестал пиво и орал - Свободу асфальту!!!
   А ты, натянуто смеясь и пряча испуг, в раскосых аквамариновых глазах стягивал меня вниз.
   А затем мы с тобой вместе пили водку, под Егора Летова, закусывая одинокой килькой из консервной банки, и бросали "понты" друг перед другом, насилуя старую гитару и абсолютно не умея играть.
   Вино и свечи. Мы играли в эстетов, покупая дешёвый портвейн, в нами двумя придуманными, иллюзорном мирке.
   Багровое неровное пламя газовой конфорки на моей кухне. Мы обнявшись сидели на одеяле, курили не таясь, ведь родители уехали на дачу, и трепались о жизни. О том, что мечтаем, о камине и замке в котором хотели бы жить. Строили планы. Удивительно похожие друг на друга. И говорили почти обо всём.
   Понимали ли мы свою похожесть?
   Понимали ли то, что наша похожесть была лишь видимой?
   Когда мы сидели в баре, я часто заказывал себе кофе с лимоном и без сахара и заметил, что ты тоже заказываешь кофе с лимоном без сахара. Когда я спросил тебя, нравиться ли тебе этот вкус. Ты ответил - Да.
   А я признался, что терпеть его не могу. Просто где то подсмотрел, что типа это прикольно. И попросил подать мне "Капучино" В ту секунду ты посмотрел на меня убивающее влюблёнными глазами, а затем заржал и обозвав меня мелкой сволочью, попросил барменшу принести тебе "Капучино".
   - Я уже месяц мучаюсь из за тебя - наконец выдал ты, перестав ржать.
   Ты знаешь, в ту секунду я был счастлив и несчастлив одновременно. Счастлив, потому что осознал, что ты подстраиваешься под меня, точно так же как я пытаюсь быть тобой. Несчастливо когда понял, что мы оба всё это время всего лишь подстраиваемся друг под друга Серг.
   Но мне было плевать.
   Меня пожирало пламя Серг. Это пламя зовётся страсть. Я хотел слиться с тобой и обрести себя. Потому что я не мог ждать. Как ты, я не могу часами терпеливо медитировать над ледяной бутылкой кваса, для того, что бы она нагрелась, и можно было бы утолить жажду. Мне было нужно всё и сразу. В единый миг. Я хотел сгореть Серг. Завалить тебя на пол и оттрахать до потери пульса или сдаться тебе. Всё как ты пожелаешь Серг, но лишь бы иметь возможность касаться тебя, любить тебя....
   Невозможность прикосновения стала для меня сродни мучительной пытке.
   - Ты похож на пламя. А внутри тебя лёд. Иногда я боюсь этого льда. Потому что я тебя не понимаю. - Кажется, ты был пьян Серг, когда сказал мне эти слова.
   - А ты? - спросил я, улыбаясь, и глядя на твои губы. В эту секунду я думал о том, что хочу, наконец, узнать их вкус. Хочу и боюсь твоей реакции.
   - Я как айсберг - ответил ты мне - А внутри меня огонь.
   - Значит, мы похожи - я усмехнулся, мучительно борясь с собой и своим желанием обнять тебя.
   Ты покачал головой.
   - Мы разные. Очень разные. Ты желаешь получить всё и сразу, а я так не могу. Прости Макс, я не умею выворачивать душу наизнанку. Хотел бы, но не могу... И иногда бывает поздно. Но ты знаешь, я не знаю, что лучше...
   Мне кажется лучше быть таким как я, чем, таким как ты. Ты внутри очень холодный Макс. Меня пугает этот лёд.
   Я не понял твоих слов. Я хотел понять, но ты как всегда перевёл тему, на что то незначительное.
   Ты всегда переводил тему. Стоило нам заговорить о тебе, и ты сразу же находил повод для другого разговора.
   Чего ты хочешь Серг? - мне хотелось закричать и встряхнуть тебя за плечи.
   Скажи мне, чего ты хочешь? Почему ты так мучаешь меня?
   Я не выдержал первым. Я понимал, что лечу в огонь, что я сам разрываю тот хрупкий мост между нами, который появился в наших отношениях в тот миг, когда мы оба осознали наши чувства. Только в отличие от тебя я мог их принять. Я должен был ждать. Должен был дать тебе время на осознание. Но я не мог ждать Серг. Я хотел всё и сразу. Ждать было почти так же мучительно, как не иметь возможности видеть тебя каждый день. Ты знаешь Серг, я отсчитывал время до твоего прихода. Даже в училище, я ходил только ради тебя. Жил этими мгновениями перемены, для того что бы увидеться с тобой в коридоре, и потом вместе пойти ко мне домой, или гулять с тобой по городу в ожидании твоего автобуса, для того что быв проводить тебя и увидеть твои глаза...смутный порыв наших скрытых чувств, за секунду до расставания.
   - Я тебя люблю - сказал я - Делай с этим что хочешь, я тебя люблю Серг.
   Ты знаешь, это признание было самым страшным из всего, что было в моей жизни. Мы стояли в общежитии. Начался дождь. Мы забежали с тобой в парадную, и сидели на подоконнике пятого этажа, в ожидании, когда он прекратиться. Пили пиво из одной бутылки на двоих, болтали и...
   И я внезапно понял, что это конец. Что я не могу больше держать свои чувства в себе.
   - Я тебя люблю Серг - сказал я. И больше ничего не сделал. Мне так хотелось обнять тебя. Прижаться к тебе, зарыться рукой в твои чёрные жёсткие волосы. Но я боялся того, что бы оттолкнёшь меня с отвращением. Боялся, что ты никогда не примешь моих чувств.
   Ты стоял и смотрел в окно.
   А я...Я умирал. Умирал стоя рядом, в агонии отказа. Умирал каждую секунду. Тебе ведь нужно было всего лишь повернуться и сказать
   Всё что угодно сказать. Сказать пошёл ты на х.. Макс или принять мои чувства. Сделать хоть что - то.
   - Мне сестра в подарок купила классные ботинки - сказал ты. - Английские у них подошва толще, чем у наших..
   - Круто - ответил я. И умер.
   Мы больше не поднимали этот разговор. Мы говорили о чём угодно, но никогда не касались этой темы.
   Ты убил меня Серг. Зачем же ты убил меня так? Подвесив между небом и землёй, дав мне крохотную надежду и отбирая её каждую минуту, своим поведением, своим существованием? Ты не хотел терять меня как друга?
   Чего же ты хотел Серг?
   ****************
   - Макс эта надпись про меня. Я отморозок. - прошептал ты. - Мы стояли в подъезде моего дома и курили. А на стене жирным чёрным маркером была выведена надпись.
   "Бей отморозка. Бей!"
   - С чего это? - спросил я удивлённо и даже поперхнулся. Ты так редко делал признания о себе. Разве что когда бывал пьян.
   -Потому что так и есть - ответил ты, не глядя на меня - Потому что какой то отмороженный внутри.
   - Ясно - сказал я и выкинул хабарик в окно. - Пошли домой что ли?
   Я больше не говорил тебе о своих чувствах Серг. Я больше не поднимал эту тему. Я забыл о тебе, если только это можно было назвать забвением. Я поставил клеймо на своей душе. Я приходил домой и сидя в ванной, рыдал, засунув полотенце в рот. Потому что каждая секунда рядом с тобой стала пыткой для меня. Пытка твоим безразличием. Одна из худших человеческих пыток.
   Я стал встречаться с Анькой. Я не любил её. Просто я стал с ней встречаться. И трахаться по необходимости. А когда я трахал её, я закрывал глаза и думал о тебе. И в такие минуты она кричала и стонала подо мной.
   Серг я целовал твои губы и ласкал тебя, изо всех сил стараясь не думать о теле подо мной. Потому что это тело, не вызывало у меня возбуждения.
   Я помню день, когда всё переменилось Серг...
   Мы с тобой сидели в баре и говорили о жизни. Мы постоянно с тобой зависали то в барах, то ещё где нибудь. Почти каждый день. После того как заканчивались уроки, мы расставались лишь поздно вечером.
   Серг ты хоть сам понимал как смешно и странно выглядит подобная дружба?
   Кажется, в тот момент мы оба были изрядно пьяны.
   И тогда я признался тебе в том, что не люблю Аньку.
   Или ты сам завёл этот разговор? Я уже не помню, кто из нас начал говорить о ней. Мне кажется что я. Но возможно, что и ты. - Да точно. Это был ты. И впервые в жизни ты спросил меня в лоб?
   - Ты любишь её? - спросил ты, закуривая уже вторую подряд сигарету. Наверное, мы были слишком пьяны Серг.
   - Тебе не надо встречаться с ней - сказал ты. - Не надо.
   Ты курил, и пальцы твои тряслись.
   - А с кем надо - вяло спросил я - С тобой что ли?
   - Да - ответил ты, и с силой потушив хабарик, внезапно стиснул мою руку. - Что нам мешает?
   *********************
   Знаешь Серг, лучше бы ты убил меня тогда. Отказал мне тогда и я бы сдох. Тихо и блаженно как идиот. Прыгнул бы с крыши и не знаю...
   Я бы придумал способ...
   Перед глазами стояло лицо Аньки. Её до тошноты честные преданные глаза.
   Я пришёл к ней перед обедом. Она спала и мама отрыла мне дверь, решив что романтично будет если я сам разбужу её. В ту секунду, гробу я видал такую романтику.
   Я прошёл в её комнату. Скажу честно, струсил. Хотел уйти и не смог. Наклонился, неловко трогая её за плечо, и Анютка проснулась. Посмотрела на меня лучистыми светлыми глазами и сказала.
   - Ты знаешь, я вот сейчас поняла что такое счастье
   - И что же? - спросил я, боясь ответа.
   - Счастье это проснуться, и увидеть тебя - ответила она доверчиво и потянулась ко мне словно ласковый пушистый котёнок.
   Я ненавидел себя. Господи как же я ненавидел себя в эту секунду. Серг, какой же тварью я себя ощущал. Ублюдочной, последней тварью.
   Когда я шёл домой по улице... Мела метель, но я не ощущал холода. Моё лицо горело от слёз и от пощёчин.
   Анька, скорчившись, рыдала на диване. А я как марионетка, пустая механическая кукла без чувств и души, повторял одни и те же слова. Грёбанный ебанутый болванчик. Сначала она не поверила.
   - Я не люблю тебя Ань, пойми. Обманывать я не могу. Прости.
   Потом до неё дошло. Потом она поверила.
   - Ненавижу тебя - закричала она, и рот её сломался некрасивой истерической линией - Сдохни. Уйди урод. Подонок мразь. Ненавижу тебя.
   Она была девочкой. До меня у неё не было никого. Я был её первым парнем.
   Парнем, который оттрахал её и выбросил за ненадобностью, потому что тот, кого он любил, наконец, то, соизволил вспомнить о нём, поманил пальцем. И я побежал. Ублюдочная, ебанутая тварь. Отморозок, подонок
   Я шёл в руках моих был батл водки. Я не пьянел, или я уже был пьян, просто не замечал этого. Лицо горело от стыда, а сердце. Сердце разрывалось от боли и одновременно замирало от предчувствия того, что теперь мы сможем быть вместе. Главное не думать ни о чём. Не думать о цене. О цене своей собственной мерзкой души. Паскуда, гнида, тварь.
   А в ушах звенело отчаянное, жуткое.
   - Ненавижу. Как же ты мог. Скажи Макс,. Какого это было ебать меня? Просто так? Просто так, потому что тебе было скучно?
   Я не сказал Аньке, кого я люблю, я побоялся сказать.
   Но она поняла. Она ведь не была дурой. Она поняла всё. И поняв, возненавидела тебя.
   А ты. Ты испугался Серг? Испугался когда увидел её ненавидящие и в то же время ничего не выражающие глаза. Когда она прошла мимо тебя, не поздоровавшись, не кивнув, не заметив. Но и, не рассказав никому. Маленькая сломанная девочка. Стойкий оловянный солдатик с разбитым сердцем. А ты Анька? Сможешь ли ты когда нибудь простить?
   Когда я пришёл к тебе...Я не сказал тебе ни слова о том, что произошло. Я пришёл, я думал, что теперь что то измениться между нами. Я хотел любить тебя. Я готов был носить тебя на руках, и мне было плевать на весь мир.
   
   Когда я пришёл к тебе...Ты сказал что тебе нужно время...
   Нет Серг, ты даже этого не сказал.
   Ты снова ушёл от темы. Легко и непринуждённо. Зачем тебе было нужно поднимать эту тему, ты ведь получил своё? Я снова принадлежал лишь тебе. Зачем Серг? Я ведь и так принадлежал тебе весь целиком без остатка. Неужели ты испугался того, что однажды сможешь потерять меня? И Анькина трогательная любовь, её на каждом шагу демонстрируемая забота, однажды перевесят мои чувства к тебе? И тогда я уйду. Может быть, ты был прав Серг. Потому что рядом с ней, бывали моменты, когда я начинал забывать тебя. Бывали моменты, когда я мог избавиться от этой накрученной давящей пружины внутри меня. Бывали секунды, когда тебя не было, а я мог улыбаться.
   Ты просто ушёл от темы. Как всегда.
   А я? Я так любил тебя, что боялся к тебе прикоснуться сам. И боялся напомнить и заговорить о том, разговоре в баре.
   Попытался тебя обнять, и ты одёрнул плечо, словно невзначай.
   Так же гениально, как ты умел уходить от темы, ты ушёл от меня. И разбил моё сердце уже окончательно, даже не заметив, что топчешь его.
   Знаешь Серг, в ту секунду я ненавидел тебя и себя.
   Но себя ненавидел больше.
   Я сломаю тебя Серг - подумал я и заставил моё сердце умереть окончательно.
   - Ты собака на сене Серг - это была моя единственная сказанная для тебя фраза. - Ты не даёшь другим, но не берёшь сам. Ты прав Серг. Ты действительно отморозок.
   **************
   И после этого я стал безупречен.
   И когда я научился выжидать, я сломал тебя, Серг ...сломал...
   Но было уже так поздно, потому что я сам был сломан...
   И никто и ничто не смогло бы собрать нас вместе.
   Я заставил тебя отказаться от себя Серг. Я заставил твою душу сгореть в моём огне. Ты самолюбив и тщеславен. Ты желаешь получить самое лучшее и остаться правильным. Ну, так получи Серг. Получи то, от чего ты так сознательно бежишь мой красивый солнечный лицемер. Я покажу тебе твою собственную душу и заставлю увидеть в ней потёмки. То на что ты так отчаянно боишься взглянуть. И когда ты увидишь, как неприглядна твоя душа. Ты возненавидишь меня Серг. Но прежде чем это произойдёт.
   Ты узнаешь, что значит быть павшим ангелом. Я стал безупречен Серг. Безупречен, абсолютно во всём. Я даже сам удивился тому, как оказывается легко и непринуждённо я умею играть. Как легко оказывается, я могу заставить тебя ревновать. Моя холодность стала моим оружием, почти таким же убийственным как сжигающая меня до этого страсть. Но только моя страсть убивала лишь меня, а моя холодность убила тебя Серг. Интересно, каково это проиграть своему же собственному оружию?
   
   - Я тебя люблю Макс - эти слова давались тебе с таким трудом. Я видел, что для тебя значило произнести их. Сломать себя
   Я стоял перед тобой, холодной надменной статуей изучая свои тонкие руки.
   - Докажи - бросил я небрежно. - Если любишь меня, докажи. И тогда нам уже ничто не помешает быть вместе.
   - Как доказать? Что ты от меня хочешь Макс? - я видел твои помертвевшие губы, твоё черное лицо, в котором больше не было привычного лёгкого света. Интересно Серг сколько раз ты дрочил, думая обо мне? Раньше я бы никогда не позволил себе подобных мыслей. А теперь они возникали удивительно легко.
   Я стянул с себя футболку и повернулся к тебе.
   Ах - да мой Серг, ты же не можешь, ты боишься сделать первый шаг. Я поцеловал тебя сам. В отличие от тебя, я умею целоваться Серг. Так что бы сносило башню. У тебя её сорвало намертво. Я смотрел на твоё перекошенное от страсти лицо. И сдерживался изо всех сил, что бы не сорваться самому. Не дать тебе заполучить меня снова, что бы заполучив отбросить, прочь и растоптать, как уже было раньше. Больше я не буду просить тебя о любви Серг. Даже если это будет, значит отказаться от самого себя. Ты прав Серг. Мы действительно разные и нам никогда не быть вместе.
   И когда ты уже готов был на коленях меня умолять, я отодвинулся и сказал, так как умел сказать только я.
   - Я тебе не верю Серг. Если ты любишь меня. Если действительно любишь. Докажи.
   
   И ты доказал Серг.
   Я никогда не думал, что ты такой тщеславный, самолюбивый так заботящийся о своём лице, сделаешь это.
   Насколько же у тебя сорвало башню от меня Серг? Сорвало настолько, что ты повторил эти слова на выпускном вечере, при всём классе. Сказал это обращаясь ко мне.
   - Я тебя люблю Максим.
   Знаешь Серг я бы не смог повторить подобное. Я бы просто бы не смог сделать это. Я реально оцениваю себя. И понимаю. Не смог бы...
   Может быть, и смог бы, зная, что ты любишь меня. Зная, что тебе всё равно, что будем потом. Да гори оно тогда всё, синим пламенем.
   Но, теперь зная тебя, я бы не смог этого сделать. Потому что даже после этих слов я не верил тебе Серг. Даже понимая, что это значит для тебя, пойти на такое. Унизить себя прилюдно. Ты, который больше всего в жизни боялся насмешек, боялся оказаться не таким как все. Я не верил тебе Серг. Я не мог больше верить, потому, что ты сломал меня.
   После твоих слов зависла мёртвая пауза. Мучительная гнетущая тишина, которая через секунду станет лавиной слов и эмоций.
   А потом, кажется Витька Плотников сказал
   - Ну и дела. Поздравляем вас, гомики мать вашу. Однако вы приколисты бля.
   Кто-то неестественно засмеялся, а потом кто то кинул ещё пару шуточек
   И все начали глумиться по этому поводу, решив, что это очередной розыгрыш в нашем духе. Мы ведь всё время с тобой хохмили на пару.
   Ты победил Серг. А твоя награда ждала тебя сидя на столе с бутылкой пива в руках. Не помогая тебе и не приходя на помощь в этой ситуации. Даже в ней ты умудрился оказаться победителем. Нет Серг. Но мне этого было мало. Я хотел сломать тебя.
   Ты подошёл ко мне. Ты умолял меня глазами закончить это. Подтвердить что всё это шутка. Не пытать тебя больше.
   - Серг чё, правда любишь? - спросил я лениво и, подумав, прибавил -
   Ну не знаю. Докажи как то посущественнее.
   В твоих глазах я прочёл всё. Помню, как сладко у меня всё заныло внутри и напряглось в паху при мысли о том, как этой ночью я буду расплачиваться за эту шутку, если после этого ты пожелаешь остаться со мной плюнув на свою гордость. Плюнув на всё. И тогда Серг. Возможно, тогда мы будем квиты. Око за око. Кровь за кровь Серг. Во имя нашей невозможной любви.
   И тогда ты наклонился и поцеловал меня на глазах всей группы.
   Это уже не могли проглотить
   - Бля парни, вы че, правда, пидоры? - Плотников прихуел, выпадая в осадок вместе с половиной присутствующих.
   - Ну, даже не знаю - изрёк я задумчиво и вытер рот издав вполне ожидаемое - Фе
   - Серг ты че, правда, пидор? - спросил я затем.
   Я ждал... Я ждал, что ты ударишь меня...
   Глаза твои стали ледяными. Я люблю тебя Серг, люблю хотя бы за то, что ты умеешь выйти из любой ситуации.
   - Ага - отозвался ты ровно, обнял меня, стаскивая со стола, хотя я ощущал буквально каждым миллиметром кожи, твоё желание меня задушить в эту секунду, а затем ты выдал, что то такое что все слегли под стол и сразу стало ясно что всё это шутка.
   Что то про хостинг и про передачу улыбнитесь вас снимает скрытая камера.
   Ты снова победил Серг. А можешь ли ты проиграть?
   Нет Серг. Ты не уйдёшь от меня просто так. Не сегодня Серг. Не сегодня.
   Или уйдёшь?
   Ты потерял голову Серг. Окончательно потерял, раз потащил меня за собой, не дожидаясь окончания банкета. Не замечая взглядов в нашу сторону. Ты хоть понимал, что ты делаешь в ту секунду?
   Понимал Серг. Но уже не мог остановиться. Твой лёд раскололся на куски и на свободу, вырвалось пламя. То яростное жуткое пламя, которого ты так боялся внутри себя. Что же Серг, тебе было, чего боятся. Впервые я сам испугался тебя. Испугался того, что тебе стало плевать на окружающих.
   - Макс - ты вытащил меня в коридор. - Ты смотрел на меня раненными больными глазами. Твоя душа рыдала. Плакала и рвалась мне навстречу.
   Она заслужила награды. В миллиметра от рая.
   - Я тебя люблю Макс - сказал ты, мучительно ломая себя. Даже сейчас Серг после того, что ты прошёл, тебе приходилось ломать себя. Вытаскивая это признание буквально клещами. Ради меня. Потому что ты понимал, что мне нужно это признание. И я был нужен тебе. Ты действительно любишь меня Серг. Вот теперь я действительно верю.
   - Я люблю тебя, Максим!!
   Ты ждал ответ Серг? Ты его получил.
   - Ты знаешь - сказал я, поворачиваясь к тебе отработанным оточенным движением. - Я себе купил классные ботинки. Немецкие. Гораздо прикольное, чем твои английские. У моих подошва толще. И принялся рассуждать о швах и нитках.
   Ты повернулся и ушёл...
   А через два дня тебя не стало Серг.
   Знаешь, я хочу повернуть время вспять и не могу. Я смотрю на свои изрезанные бритвой руки. Меня в отличие от тебя смогли откачать. И вспоминаю твои слова.
   - Я похож на айсберг, а внутри меня пламя. А ты как огонь, но только внутри тебя лёд. Я боюсь этого льда. И иногда я не знаю, кому из нас хуже

0

3

или воть..
для начала скидываю рассказы без жесткого яоя

Я иду по улице... Солнце не светит и не греет меня... не греет потому что у меня ничего нет... Себастьян... Ушёл... кто я без него? никто... В голове крутятся недавние убийства девочек.. раз я один можно зайти к Гробовщику... может что то узнаю.. хотя что он может мне ответить? ничего.. кроме того как они умерли... Хотя ладно... что я теряю... уже терять нечего... Узкие улочки Лондона... Вот он магазинчик этого странного загробного юноши.... Звонок.. Стоит ли звонить.. Будь что будет...
Дверь открывается и напороге как всегда сияя меня приветствует Гробовщик...

- Дорогой граф... Вы один? неужели подумали и решили заказать гроб? я к вашим услугамю -  усмешка... все нода мной насмехаются..

- Нет... я пришёл по делу...

- Ах, никому я не нужен... - ирония в голосе загробного юноши заставляет меня усмехнуться....

- Нужен.. мне.... - смотрю на него... какой же он красивый... Почему я раньше этого не замечал...

- Ну чтож Сиель Фантомхайв добро пожаловать! - заводит в дом и закрывет дверь, путь назад отрезан, ну и пусть...

- Что же на сей раз хочет узнать мой юный граф?

- Твой?

- Ну да.... ты уже давно принадлежишь мне и никакой Себастьян не помеха нам.- улыбка, добрая, тёплая улыбка... У его в лавочке чем то вкусно пахнет, так что я начинаю забывать зачем пришёл и просто расслабившись падаю на диван-гроб...

- Не знаю....

- ну тогда позвольте я помогу вам узнать. - он садится близко, слишком близко... почему? его губы совсем рядом с моими.. ноя почему то не боюсь его.. не боюсь... Когда так пытается сделать Себастьян он вызывает у меня только отвращение.. а этот... Вот он уже совсем близко... хватит... Сам касаюсь его губ.... и становиться так хорошо.... очень хорошо.... Его губы такие прохладные.... такие мягкие.... за что мне всё это.. неужели я влюбился.. да... и похоже с нашей самой первой встречи...

- Оо... Граф... вы сами.... - снова поцелуй, только уже глубокий, обволакивающий, мокрый... он захватывает мой язык своим... Такое странное ощущение.. странное желание принадлежать ему полностью... как? как... как такое возможно? почему? странно...

- Господин, Гробовщик.... я.... - дышать не чем... внутри жарко... очень жарко.... Он это видит, снова улыбка на лице... на самя улыбкка. которую я почему то полюбил... странно ... всё это странно...

- Останитесь на ночь?

- да.... хоть на вечно.. - губи сами выносят приговор... и Гробовщик переносит поцелуй на шею... как же хоршо.... как же я хочу принадлежать ему полностью.... хочу... и буду... потому что он что-то чувствует ко мне...

- Ооо..... Вечно.... это было бы чудесно....

- Скажи зачем я тебе?

- Ты идеален.... красота.... но.. меня привлекает и то что ты ещё ребёнок...

- Я не ребёнок!!!

- ребёнок.. глупый маленький ребёнок...  - снова касание губ... он подчиняет меня себе.... и я подчиняюсь...

- Я не ребёнок...

- Нет, ты ребёнок.. и будешь им.. потому что я так хочу... - голос обволакивает.. вот оно искусство шинигами... и я готов быть для него этим ребёнком ... готов...

- раз ты этого хочешь.. я буду для тебя всем... - целую сам.. я ведь тоже этого хочу...

- Вы меня всё больше удивляете... Юный граф.. - зубами стягивает галстук страшно... хотя уже нет.... уже хорошо.. потому что его руки сорвав одежду гладят мою кожу... я готов стать его... почему? потому что люблю..... больше... больше всего...

блин....читаю этот фанф,и невольно плачу....
просто вместо Сиэля и Гробовщика когда то давно была я и она.....давно.....

Отредактировано Roxy*** (2010-02-12 00:32:59)

0

4

эх...читать долго)но я читаю хD)первый пока)

0

5

мой любимый^^))

Никогда не забуду, как увидел его впервые…
Мы тащили по лестнице корпуса, в который определил нас администратор пансионата “Лагуна”, тяжеленную сумку, что ее надо было передать родственникам Богдана в Сочи. Черт знает, каких кирпичей напихали туда его родители, но по дороге оборвалась одна лямка, и волокли мы ее вдвоем за одну ручку, громко матерясь и стараясь не потерять остальные вещи.
Хрупкая девушка стояла на площадке третьего этажа, зажав под мышкой толстую книгу, и задумчиво смотрела в окно. Тоненькая, в светлых шортах до колен и белой майке, каштановые волосы до плеч. Я едва не спросил: “Какой этаж, красавица?”, когда она  вдруг резко повернулась, и я увидел перед собой мальчика лет шестнадцати с огромными карими глазами и длиннющими ресницами, ошеломляюще хорошенького, с нежным,  изящно очерченным ртом. Превращение девушки в парня было настолько неожиданным, что я застыл как идиот. И тут этот осел Богдан, налетев на меня, уронил мне на ногу свою сумку с колесиками, она раскрылась, и вещи вывалились на пол. Я заорал от боли и подскочил на месте, не сдержавшись и обложив его по матушке. Приятель мой в долгу не остался. А мальчишка вдруг сорвался с места и, испуганно глянув на меня, проскользнул мимо. Сперва я подумал, что виной стала наша перепалка, но нет. Причина его испуга шла по коридору.
Необъятно толстая женщина с вытравленными перекисью волосами, стянутыми в тугой пучок на затылке, и очками в тонкой металлической оправе неодобрительно покосилась на нас – мы, собирая в кучу вещи, загораживали проход.
-Леонид, - хорошо поставленным преподавательским голосом обратилась она к мальчику, поправив на плече огромную пляжную сумку, из которой торчали бутылка минеральной воды и край голубого пушистого полотенца. – Я же велела тебе ждать у двери.
-Там душно, мама, - опустив глаза, ответил тот.
-Не имеет значения, - отрезала она. – Ты должен был слушаться! Взял учебник?
-Да, - едва слышно отозвался мальчишка. Смуглые щеки вспыхнули от смущения. Зато мамаша ничуть не смущалась присутствием посторонних, отчитывая его.
Она величественно проплыла мимо нас и направилась вниз по лестнице. Ее юбка жизнерадостного цыплячье-желтого цвета колыхалась вокруг необъятных бедер. Мальчик, опустив плечи, двинулся следом. Богдан наконец справился с сумкой, застегнул молнию и выпрямился.
-Бедный парень, - сочувственно заявил он вслед странной семейке. – Ну что? 115? Это вон там.
Когда я открывал дверь, то уже не помнил ни о глазастом мальчишке, ни о его вздорной мамаше. Впереди было две недели отпуска – две недели развлечений, моря, солнца, красивых девушек! Тогда я был уверен, что погуляю на славу. Хотя… это как посмотреть.

Они оказались нашими соседями. Если точнее – соседями через номер. За стенкой жила молодая супружеская пара с двухлетней голосистой дочкой. Это белокурое создание в семь утра начинало радостно визжать и носиться по номеру, топоча, как слоненок. А слышимость была отменная, так что просыпался я моментально, отчаянно завидуя Богдану, который дрых, как младенец. Я мог бы сплясать на его кровати, стуча в барабан, а он лишь повернулся бы на другой бок.
По всей видимости, мамаша Леонида тоже просыпалась и начинала колотить в стену к соседям, требуя, чтобы они «уняли ребенка». Ребенка унимали, но засыпать все равно смысла уже не было, к половине девятого мы шли на завтрак.

Что самое смешное, они были нашими соседями еще и на пляже. Мы с Богданом облюбовали чудесное местечко в самом центре, рядом было хорошее кафе, где можно было в полдень спокойно посидеть и попить холодного пива. Шезлонги под тентом - если солнце слишком припекало, мы уходили в тень и валялись там, через темные стекла очков разглядывая проходящих мимо девушек. В общем, не скучали.
Там же проводили время и мальчишка со своей мамашей. Может, у них это тоже было любимым местом? К тому времени мы узнали, что она профессор лингвистики. “Все мне уши прожужжала, какой у нее талантливый мальчик, - хихикала Марина, их соседка по столу, симпатичная блондинка двадцати пяти лет, которую склеил Богдан. Они с подругой отдыхали в пансионате от своих мужей и согласились составить нам компанию. – Он поздний ребенок, ему почти семнадцать, а мамаша и шагу ступить не дает. Готовит его к поступлению в МГУ…” И правда, не было дня, чтобы мальчик появился на пляже без книжки. Обычно он устраивался на полотенце прямо на солнцепеке, подальше от матери, которой, вроде бы, нельзя было загорать, подпирал рукой голову и погружался в чтение, изредка делая карандашом какие-то пометки. Я мог только представить, насколько муторно заниматься летом, да еще и под присмотром такого сторожа. Изредка он поднимался и шел к морю - «Леонид, недолго!», осторожно, с какой-то неуловимой, почти балетной грацией ступая между загорающими. Мать немедленно оказывалась у воды и, заслоняясь огромной соломенной шляпой, следила за темноволосой головой и парой смуглых рук, мелькающих в волнах. Через пять минут раздавался ее вопль: “Леонид, возвращайся!”, от которого вздрагивали все вокруг. Мальчишка неохотно выбирался на берег и снова утыкался в книгу. Может показаться, что я следил за ним неотрывно. Нет. Это сейчас я вспоминаю все в мельчайших подробностях, удивляясь тому, как же много, я  оказывается, запомнил…

Прошла неделя. Днем мы валялись на пляже, загорали, купались, знакомились с девушками. Вечерами отвисали в барах  с этими самыми девушками, гуляли почти до утра. Когда была возможность миновать сердитую администраторшу сталинской закалки – приводили их к себе в комнату, чередуя дни: лично я предпочитаю удобство кровати романтике звездного неба. А утром, не выспавшиеся, но довольные жизнью, мы выползали на завтрак. Если были силы. Если нет – к обеду появлялись на пляже. И все повторялась сначала.
В тот день у моря было подозрительно мало народу. То ли смена закончилась, то ли дело было в затянутом тучами небе, но отдыхающих - раз-два и обчелся, в основном семейные пары с детишками. Богдан, прикрыв лицо кепкой, заснул. А мне было дико скучно. Попытки растолкать его ни к чему не привели, пробормотав что-то вроде “Дай поспать”, он отрубился. Я лениво перебрасывал из руки в руку колоду карт, оглядывая пустынный пляж. Ни одной знакомой девушки поблизости не наблюдалось, только мальчик с книжкой, как всегда, расположился поблизости. Его мамаши в обозримом пространстве не было, что само по себе - весьма странное дело, но парнишка упорно пялился в книжку. Я задумчиво уставился на него, припоминая, каким был сам в его возрасте. Нет, заставить меня вот так, на пляже, готовиться к экзаменам было бы просто невозможно. Мда… определенно один ребенок в семье, мать явно не замужем, ни один нормальный мужик такую не выдержит. Задавила мальчишку, просто маменькин сынок, сразу видно… Подперев щеку ладонью, я внимательно разглядывал его. «Наверняка в школе дразнят педиком и девчонкой, - подумал я, -  с такими-то глазками и губками…»
И тут мальчишка поднял голову. Вид у него был такой затравленный и несчастный, будто он готовился расплакаться. И тут я не придумал ничего лучшего, как ляпнуть:
-В карты играть умеешь?
Кажется, от неожиданности он просто потерял дар речи. Кивнул, потом отрицательно помотал головой, открыл рот, словно собираясь что-то сказать, снова захлопнул. И при этом вспыхнул, как красна девица. Наблюдать за ним было забавно.
-Немного, - наконец выдавил он. Я усмехнулся и хлопнул ладонью по полотенцу рядом с собой.
-Садись.
Он просиял и, быстро оглядевшись - не видно ли мамаши -  уселся рядом, поджав ноги.
-Только я плохо играю, - сообщил он, не поднимая глаз.
А то не ясно. Я быстро раздал карты.
-А он? – мальчишка вцепился в свои и кивнул в сторону беззаботно посапывающего Богдана. Я отмахнулся.
-Пусть дрыхнет.
Играл парень из рук вон плохо, вертелся все время, кидал на меня странные взгляды. Наверное, думал, как ему достанется, если его мамаша увидит сына в компании двух раздолбаев, старше невинного отрока лет на десять. Я даже поддавался, хоть к великодушию не склонен, но это было как мертвому припарки. Выиграв два раза, я потерял интерес к игре. Вытянулся на покрывале и положил подбородок на скрещенные руки. Мальчишка не отрывал взгляда от своих коленок и, казалось, не собирался никуда уходить.
-Тебя как зовут? – лениво спросил я для поддержания разговора. Я был готов услышать - Леня, Леньчик или там даже Леонид, как официально звала его мать, поэтому очень удивился, когда услышал – “Рики…”
Ассоциативная память сработала моментально. Не так давно я встречался с девушкой-анимешницей, и ее любимым фильмом был “Ай но Кусаби”, так что про Рики, Ясона, петов и монгрелов я наслушался, и надо сказать, это меня изрядно достало.
-Рики Дарк? – не подумав, брякнул я.
О… я-то думал, сильнее он покраснеть уже не может. Залился краской по самые уши.
-Просто Рики, - пробормотал он в сторону, - потому что фамилия… Ракитин…
-А… - рассеянно отозвался я, перевернулся на спину и со стоном потянулся всем телом. – Слушай… Рики. Не надоело тебе…? – я кивнул в сторону его позабытой книжки. Мальчишка скорчил убийственную мину.
-А что делать, - вздохнул он. – Готовиться надо… Экзамены через месяц.
-А я бы  на второй год в школе остался, - заявил я, прикрывая глаза ладонью от внезапно пробившегося сквозь тучи солнца. Лицо Рики застыло.
-Что угодно, только не школа, - неожиданно жестко сказал он и убрал за ухо прядь темных волос.
Я слишком хорошо понимал причину такой реакции. Затравили, да? Отличник поневоле, а таких не любят, да и постоять за себя ты не умеешь… Не то что я - карате с третьего класса, мастер спорта по вольной борьбе, хоть и золотая медаль в школе. Вмазать бы твоим обидчикам как следует, Рики, с неожиданной злостью подумал я и понял, что стиснул руки в кулаки. Отвернувшись, парень рисовал волнистые линии на песке.
Мимо прошла лоточница. “Пиво, холодное пиво…”
-Будешь? – я привстал и махнул ей рукой.
Рики покачал головой.
-Нет, - вздохнул он. – Убьет ведь… - он кинул быстрый взгляд в сторону пансионата. 
Я хмыкнул. Определенно, парню не позавидуешь.
-Ладно, - пробормотал он, глядя в сторону. – Я пошел. А то… текст перевести надо. А я третий час одну фразу читаю, как дебил…
Он поднялся и сделал шаг к своему полотенцу.
-А что за язык-то? – спросил я вслед.
Он обернулся через плечо и чуть улыбнулся, как никогда став похож на хорошенькую девушку.
-Итальянский.
Рики улегся на полотенце и взял в руки книжку. Очень вовремя, потому что как раз в этот момент на пляже появилась его мать. Сегодня она была обряжена в халат дико оранжевого цвета. И когда они уходили, незаметно от нее мальчик улыбнулся мне и подмигнул. Я махнул рукой в ответ.

Так прошло еще несколько дней. Теперь, когда мы были знакомы, я стал замечать, как часто Рики смотрит в нашу сторону, забывая про свои учебники и вызывая нарекания безжалостной матери. Что говорить, парня мне было жаль. Скучал он страшно, все время выглядывал меня, и когда успевал перехватить мой взгляд, улыбался. “Привет”, - кивал я в ответ. А так все шло по-прежнему. Пляж, девушки, бары… И настойчивый взгляд темно-карих глаз.

В тот день стояла невероятная, изматывающая жара. Мы проснулись ближе к полудню (накануне опять была гулянка – девушка по имени Света отмечала свой день рождения в одной из кафешек). Приняв душ, я вышел на балкон и закурил. Облокотившись на перила, вдохнул терпкий аромат кипарисов.
- Привет, - послышался радостный голос.
Рики сидел на перилах своего балкона с неизменной книжкой в руках. На лице сияла широкая улыбка.
- Привет, - улыбнулся я в ответ. – Как дела?
Он кинул быстрый взгляд в сторону балконной двери. Наверное, мать спала, даже сюда доносился ее раскатистый храп. Рики соскочил на пол и перегнулся через перила.
- Что ты сегодня делаешь? – и снова вспыхнул как маков цвет.
От неожиданности я едва не выронил сигарету. Он так засмущался, будто приглашал меня на свидание.
- А что? – я сделал затяжку.
- Сегодня вечером в “Побережье”, - этот пансионат располагался неподалеку от нашего, - рок-концерт, молодежные группы. Пойдешь со мной? Я уже купил билеты, и сказал, что ты меня отпросишь… - тараторил мальчишка, все сильнее заливаясь краской, - ты не думай, она отпустит, ты просто зайди к нам, ладно? Можешь и своего друга взять, если он захочет, только у меня денег не было на три билета…
Я молча смотрел на него, слегка обалдев от неожиданного напора. Рики вдруг замолчал.
-Ну, если ты не хочешь…  - почти прошептал он, отворачиваясь.
Я швырнул окурок вниз.
-Можно и пойти, - небрежно сказал я. «Интересно, сколько он набирался смелости для этого?» - мелькнула мысль.
Рики просиял.
-Зайдешь в восемь, ладно? – я кивнул. Широко улыбнувшись, мальчик исчез в комнате. Я вернулся в номер и растянулся на кровати. И вдруг понял, что улыбаюсь, как идиот. Ничего определенного, просто я думал о Рики. Он был как маленький пушистый зверек, которого хотелось посадить на ладонь и гладить… “Какая чушь в голову лезет”, - радостно подумал я и задремал. До восьми вечера оставалось еще много времени.

Мы стояли возле железной ограды большой площадки. Здесь обычно проводились дискотеки, но народу бывало мало, не то что сегодня. Впечатление было такое, будто собралась вся молодежь побережья. Длинные волосы, серьги, феньки, черные майки с надписями – “Ария”, “Король и Шут”, даже “Ленинград”… Рики радостно подпрыгивал рядом со мной, сияя. Таким мальчишку я не видел еще не разу, и что скрывать, даже гордился тем, что оказался причастен к этому. Ровно в восемь я зашел к ним. По лицу Рики я понял, что тот весь извелся в ожидании, открыл мгновенно, будто стоял за дверью. Я вежливо поздоровался и попросил разрешения у грозной мамаши взять ее сына на концерт. Она высокомерно поджала губы, но к моему удивлению согласилась. Задала мне несколько вопросов, вроде того - где работаете, учитесь и так далее… Кажется, осталась довольна результатом, узнав, что я учусь в аспирантуре, потому что величественно кивнула и сказала, что хоть она и недовольна тем, что Леонид слушает такую музыку, но понимает: развлечения молодежи необходимы. А я чувствовал себя, будто отпрашиваю свою девушку на свидание. Рики стоял рядом, не поднимая глаз. Сегодня он был в черных широких брюках и такой же черной обтягивающей майке. Когда мы наконец вышли на улицу, мне показалось, что он сейчас завопит “Ура!!!!!!”. Ничего, сдержался.
Концерт скоро должен был начаться, из-за ограды доносились звуки настраиваемой аппаратуры, отчего толпа принималась радостно визжать. Особо ретивые влезли на забор, но их сняли оттуда стражи порядка, которых тоже было приличное количество. Меня-то не особо интересовали эти малолетние, что должны были изображать из себя рок-звезд, поэтому относился я ко всему достаточно спокойно.
Я купил себе пива, а Рики – мороженое. Он благодарно посмотрел на меня и принялся за пломбир, жмурясь от удовольствия. Смешной…
-Хочешь? – я протянул ему банку. Он кивнул и облизнул пухлые губки.
-Хочу.
Мы пили пиво из одной банки, а когда она закончилась, я купил еще. Напряжение в толпе нарастало, концерт должен был начаться с минуты на минуту.
-Может, подойдем поближе? – нерешительно спросил Рики. – А то не пробьемся потом…
Я швырнул опустевшую банку в урну.
-Пошли.
Но это оказалось не таким уж простым делом. В итоге я схватил Рики за руку и принялся таранить толпу, подбираясь к самому входу. Мы оказались у самой ограды, и я вытащил мальчишку вперед себя, развернул спиной.
-Стой здесь, а то задавят.
Рики кивнул, прикусив губу. Было ужасно тесно, мы стояли вплотную друг к другу, и моя рука лежала на плече парнишки. Сквозь решетку была видна сцена. Как раз в этот момент по ней ходили двое музыкантов, переговариваясь и делая вид, что настраивают инструменты. Я подался вперед, стараясь разглядеть их получше. Рики стоял, отвернувшись, и его лица не было видно за темными кудрями. Он чуть откинул голову, и пушистые прядки защекотали мне нос.
-Ну когда же они откроют ворота? – пробормотал я.
К двери шел толстый парень с длинными волосами, стянутыми в хвост. Толпа зашумела, подалась вперед, и меня швырнуло на Рики. Я вовремя выставил руку, вцепившись в ограждение, чтобы не придавить его, но все равно мальчишка просто впечатался в меня, и его упругая попка оказалась прижатой к моим бедрам. Он вздрогнул и застонал. Я перепугался.
-Эй, что с тобой? – я схватил его за плечо. Он только успел мотнуть головой – “ничего”, как парень открыл ворота, и толпа внесла нас внутрь.
Мы оказались возле самой сцены. Случайно или нет, но Рики снова стоял ко мне спиной, а я был прижат к нему. Я пытался отодвинуться, но это был пустой номер. То ли пива я выпил много, то ли еще что… И тут я заметил, что мальчишка дрожит всем телом, опустив голову и кусая губы. Он тяжело дышал, и даже кончики его ушей покраснели. И тут начался концерт. Малолетки вокруг нас запрыгали и заорали от восторга, а меня не интересовало в этот момент ничего, кроме Рики… Мальчишка прижимался всем телом и терся об меня.
“Черт возьми, да он же гомик…” – ошеломленно подумал я. Но еще больше меня поразил тот факт, что я тоже начал заводиться. Меня никогда не интересовали парни, но тут… Вполне можно было представить, что передо мной девушка, ведь он был такой нежный, и эта круглая попка, и длинные волосы, и от него так одуряюще сладко пахло… Не соображая, что делаю, я положил руку ему на бедра. Рики дернулся, но не сделал попытки отодвинуться и сбросить мою руку. «Я всего лишь хочу проверить», - подумал я, просунул ладонь под резинку его брюк и сжал ягодицу. Он задушено вскрикнул, зажал рукой рот, и его тряхнуло, раз, другой… Черт, да он кончил!
Меня уже не интересовал ни этот долбаный концерт, ни что бы то ни было еще. Я схватил Рики за плечо. С побледневшего лица глянули огромные перепуганные глаза. Не говоря ни слова, я потащил его обратно, проталкиваясь сквозь толпу. Он послушно семенил за мной.
Наконец мы вырвались. Уже давно стемнело, на небе высыпали звезды. Я как обезумевший волок мальчишку дальше, на пляж, подальше от грохота, от людей. Словно бес толкал меня под руку, я почти бежал. Рики тащился сзади, едва поспевая за мной. Наконец я остановился, развернулся и оттолкнул от себя мальчишку, так что тот едва не упал.
Это было самое пустынное место на пляже, мы разведали его с Богданом, даже пару раз использовали, когда не было возможности или желания идти куда-то с понравившейся девчонкой. Но для чего я притащил сюда Рики, я тогда понимал не слишком отчетливо. Он тяжело дышал и смотрел на меня, как затравленный зверек.
-Значит, ты еще и пидор? – тихо, но отчетливо спросил я. Он дернулся как от удара. Я схватил его за плечо и подтащил к себе. – Ну?
Неожиданно он вырвался, в темных глазах стояли слезы.
-Да что ты об этом знаешь? – почти прошипел он. – Ты, ты-то что можешь знать обо мне, чтобы говорить так?
Я выразительно посмотрел на мокрое пятно на его брюках.
-Да уж заметно… - он снова вздрогнул и сцепил пальцы. Я несколько раз глубоко вздохнул и постарался успокоиться. – Ладно, Рики, - наконец сказал я, -  это твои проблемы, а я не хочу иметь с этим  ничего общего…
И тут он, словно сломавшись, бросился ко мне, а я даже не успел отшатнуться. Он обхватил меня за плечи и прижался всем телом, и я чувствовал, что он дрожит.
-Нет, нет, пожалуйста… - шептал он, покрывая поцелуями мою грудь, - не надо. Пожалуйста, не уходи… Ты же не знаешь, не знаешь… Я как тебя увидел, я просто с ума сходил, а ты меня не замечал, я чего только ни делал… -  он терся об меня, как обезумевший, - я ведь не всегда был таким, только ты не думай, я многое умею, ты не будешь недоволен, только, пожалуйста, пожалуйста, не бросай меня, только один раз, а потом уходи, все что хочешь…
Я сделал попытку отстраниться, но он обвился вокруг меня как лиана, сползая всем телом и, опустившись на колени, вцепился в ремень моих брюк.
-Пожалуйста, только раз, - с безумным видом шептал Рики, – делай со мной что хочешь, ну хочешь, я тебе…
Он расстегнул молнию и обхватил мой член ладонью. Я вцепился в его плечи, пытаясь оттолкнуть.
-От… стань… - успел выдохнуть я, а затем он взял в рот. Язычком он работал умело, я мог только догадываться, кто его научил этому, но вместо того, чтобы оттолкнуть, я притянул его ближе, вонзая член глубоко ему в горло.
-О-ооо… - простонал я. Ничего более связного я произнести был уже не в силах. Черт, давай… соси, сучка… Раз тебе так нравится… Вцепившись ему в волосы, я дернул на себя, насаживая его рот на свой член. Рики едва не задохнулся и инстинктивно попытался отстраниться, но я, не выпуская шелковых прядей, быстро и безжалостно трахал его в рот, постанывая. О, боже… как горячо… давай же… сильнее… Рики застонал и, расстегнув молнию на собственных брюках, сжал рукой свой член. От этого зрелища у меня потемнело в глазах. Чувствуя, что скоро кончу, я резко отпихнул его. Рики сел на песок, поглаживая себя и дрожа. Я не хотел кончать ему в рот. Если он готов на все, я хотел его по-другому.
-Снимай, - хрипло выдохнул я. – Становись на четвереньки.
Он быстро сбросил брюки, оставшись в одной майке, и повернулся ко мне спиной, подняв круглую попку. Какой послушный мальчик…
Я встал позади него, и провел рукой между крепких ягодиц. Дырочка у него была маленькая, и я краем сознания еще подумал, как же я ему вставлю, но тут Рики застонал и подался назад.
-Давай же… - выдохнул он. Ах ты, шлюха…
Я схватил его за бедра, направил в него член, который Рики обильно смочил слюной, и одним движением засадил ему. О-ооо… Боже… так тесно, так горячо… Я испугался, что кончу в этот же момент, и замер.
Рики закричал и выгнулся как  кошка, подставляясь мне. Я подумал, что наверняка делаю ему больно, но эта сучка… Господи, он сам двинулся назад, насаживаясь до предела, сжимая меня внутри, и это было просто божественно… Такой тугой, такой горячий, он стонал и извивался подо мной. Уже не думая ни о чем, кроме своего удовольствия, я стиснул его ягодицы и  стал засаживать до конца, так хотелось оттрахать мальчишку до потери сознания, чтобы он выл и кричал, порвать его… Рики стонал, прикусив губу, подмахивая мне как последняя шлюха. Да черт возьми, еще ни одна шлюха не отдавалась мне с такой страстью! Я протянул руку и обхватил его член. Беспомощно вскрикивая и содрогаясь всем телом, он кончил мне в руку и сжался вокруг меня, и я кончил одновременно с ним, засадив ему невероятно глубоко и прижимая к себе его бедра…

Когда я пришел в себя, мы лежали на песке. Рики  - подо мной, сжавшись в комочек и судорожно всхлипывая.
-Эй… - я тронул его за плечо. – Ты… как?
Только сейчас я сообразил, что же натворил. Мальчишка – несовершеннолетний, и если он скажет, что я его изнасиловал…
А Рики повернулся и обхватил меня с силой, неожиданной для такого хрупкого парнишки.
-Я завтра уезжаю, - выдохнул он. – Утром. Я тебя больше не увижу… - и разрыдался как ребенок.
О, нет…
-Ну тихо, Рики, – неожиданно нежно прошептал я. – Солнышко, мальчик… Ну не плачь… Я тебе адрес дам, напишешь мне… - я держал его в объятиях, бормоча всякие глупости, пока он не затих.

Остаток отпуска я провел как во сне. Богдан пытался расшевелить меня, но я только вяло отмахивался, говоря, что мне все надоело, бездельничать достало, и я хочу скорей на работу. Покрутив пальцем у виска, приятель отстал. Я бесцельно бродил по пляжу, не отдавая себе отчета в том, что бессознательно высматриваю среди людей его тонкую фигурку… Может, я гей? Я даже поразился тому, с какой легкостью открыл в себе эту черту. Но нет, другие парни меня не интересовали по-прежнему, значит, дело было в самом Рики?

А потом мы уехали, и все жизнь словно вернулась на круги своя. Работа, дом, друзья… И в то же время все стало совершенно другим.  Мне говорили, что я повзрослел, остепенился, предполагали, что я влюбился и скоро женюсь… Я усмехался.
Я почти позабыл мальчишку, с которым познакомился летом. Хотя… Моя бывшая подруга очень удивилась, когда я позвонил ей и попросил достать это аниме, Ай но Кусаби. Я засмотрел его до дыр. Конечно, Рики Дарк, этот безбашенный оборванец, так мало походил на моего Рики, моего сладкого мальчика…

Прошло два месяца. Я шел домой, подкидывая носком туфель пожелтевшие листья на асфальте, и не глядя по сторонам. А малыш наверняка поступил в свой МГУ, неожиданно подумал я…
Я открыл дверь своей квартиры, не разуваясь, прошел на кухню. Налил стакан воды, и тут раздался звонок. Я недовольно покосился в сторону входа. Никого я не ждал, странно… А звонок все надрывался заливистой трелью.
-Иду, - крикнул я и открыл дверь.

Он стоял на площадке, широко распахнув сияющие глаза и улыбаясь. В голубой обтягивающей майке, затертых джинсах с бахромой, в ухе сверкало серебряное колечко.
-Привет, - он поправил спортивную сумку на плече.
-Рики?! – выдохнул я.
Несколько минут мы молча смотрели друг на друга, а затем он бросил сумку  и одним прыжком оказался у меня на руках. Повис, как звереныш, обхватив руками и ногами. Я вцепился в него, прижимая к себе. Рики, Рики, мальчик, солнышко, малыш…
-Ты как… здесь… - выговорил я, не выпуская его из объятий. Рики отстранился, все еще не слезая у меня с рук, и счастливо улыбнулся, глядя сверху вниз.
-Я провалил экзамены, - радостно заявил он, – сказал матери, что я гей, и ушел из дома… Можно, я поживу у тебя?
Я рассмеялся, уткнувшись лицом в его плечо. Чудо ты…
-Можно? Ну можно? – Рики завозился и слез с рук. – Ну хоть чуть-чуть? Пока я не найду работу…
Я прижал его к себе и заглянул в темные глаза. Как же мне тебя не хватало, глупый мальчишка… Он испуганно замер, как тогда, когда не знал, пойду ли я с ним на концерт. Как тогда, поставил на карту все, и как тогда, выиграл.
-Можно, - ответил я. Рики просиял.
-Ну… если ты не хочешь… - лукаво протянул он. Чертенок…
-Хочу, - я подхватил его сумку, пропустил Рики внутрь и захлопнул за собой дверь.

0

6

первый прочитала.....охренеть....круто...

0

7

ой ей ей......Гробовщик мооой!!он красавчик и нефик ему Сиельчик???

0

8

....хз....
это мне девушка писала когда то....
типо мне посвящается....)

0

9

эээ....странно....или нет?

0

10

...что странного?
я би

0

11

ааа....хD би знакомые у меня есть....
а странно то что именно про Гробовщика присылала....

0

12

...мне нравиться,как она написала...

0

13

она писала?.....ммм...ну тогда конешно....прикольно

0

14

ошаленный фик....... давно таких не читала.....

0

15

а мне пока лень прочитать последний....и глаза устают

0

16

..как раз таки последнй самый заибатый

0

17

согл, сугойный......

0

18

да я понимаю.....но жаль у меня глаза нафиг слезятся(
потом попробую почитать...)

0

19

да, неповезло....... а моим глазам уже пох :cool:

0

20

уже?хD.....

0

21

дооо............... после бессонных ночей........хм, ну ето уж мну понесло....

0

22

хD

0

23

харе флудить в неотведенной теме

0

24

хихи, а я что, а я ни что*каварно смеюсь в сторону*

0

25

..если ниче,так флудите в другой теме.
специально ведь РАЗНЫЕ темы создали!..
так уж поуважайте труд Дирта!!!!

0

26

...очень длинный рассказ....
весь он все равно сюда не влезет..
скину начало....
кто захочет-скажет..скину продолжение...

Я ищу тебя, среди тысяч лиц.
Среди стен человеческих глаз.
Этот дождь, в равнодушном потоке машин.
Проливает слёзы о нас.
Дождь лил как из ведра. Сегодня непогода, словно решила отыграться за череду тёплых погожих деньков, что вот уже больше месяца стояли над Оримой. Ренди раскрыл зонт и, попрощавшись с Азуми, шагнул на мокрый залитый дождём асфальт.
- Рен может вызвать такси? – забеспокоилась художница зябко поводя плечами. – Заболеешь, и кого я буду рисовать? Рен тепло улыбнулся ей.
- Дождь прекрасен и навевает грустные мысли. Азу я люблю дождь. Под этим дождём я буду думать о тебе.
Азу рассмеялась, показав неровные желтоватые зубы. Как и все увлекающиеся миром тусовки, Азу курила табак. Рен мог простить ей это. Она была удивительно мила, даже со своим запахом табака изо рта и желтоватой начинающей стареть кожей. Азу и дождь. Они познакомились под проливным дождём больше года назад. Рен стоял на мосту, подставив лицо проливным холодным струям, и думал о том несмотря ни на что, жизнь удивительно прекрасная штука.
Азу раскрыла над ним зонт и совершенно не смущаясь, произнесла.
-Обидно смотреть, когда такой красивый молодой человек пропадает зря. Ты не против, если я тебя нарисую? Чему ты так фантастически улыбаешься можно узнать?
Так они и познакомились. А потом он завёрнутый в тёплые одеяла сидел в мастерской Азу заваленной всяким старым хламом, вдыхал запах краски и холста и пил крепкий чёрный кофе с коньяком. Его одежда сохла над радиатором и была безнадёжно испорчена водой. На ногах у него были шерстяные носки, по словам Азу, доставшиеся в наследство от одного из многочисленных любовников или любовниц. Со стен на него смотрели люди, с многочисленных фотографий и полотен. Азу нравилось наблюдать именно за людьми и собирать в своей мастерской самые необычные проявления человеческого характера. Жадность, подлость, порок, честность, добродушие, глупость, лживая добродетель. Азу была гением. Вряд ли она сама понимала, каким талантом обладает. Всего несколькими штрихами она могла выхватить в человеке главное, и показать его истинную натуру. На объективе её камеры стояла добродетель в лице проститутки и порок в образе улыбающегося школьного учителя, бизнесмен развлекающий ребятню фокусами, очень худая женщина смотрящая на торт с жадным желанием, человека привыкшего сидеть на диете.
- Нельзя отказываться от жизни, это приводит к деформации души и тела – Азу говорила странные вещи, она болтала много, развязано и порой ужасно бестактно, но смотреть за её работой было сплошным удовольствием. Она не умела говорить, но она умела рисовать. И иногда её рисунки были красноречивее всяких слов.
- Если любишь кого то люби, плюнув на все запреты, Если хочешь стать клоуном, стань им несмотря ни на что, но никогда не хорони своей мечты, ну и как говориться, при этом не навреди ближнему своему. Ханжество отвратительно. Мы придумываем себе мораль и никому не нужные запреты, которые сами же стремимся нарушить. Цивилизованный человек никогда не сможет стать свободным. Он ограничен кучей надо и нельзя… А вот это смотри жадность в образе благотворительности. Людям свойственно отрицание самих себя. Всё то, что мы отрицаем, очень часто является частью нас самих.
- Азу твои картины они очень сложные
- Но они впечатляют верно? Я не говорю о том, что их сможет понять каждый сумасшедший тип – Рен чихнул
- Вот именно об этом я и говорю. Ты такой же безумец, как и я. Замри, я рисую твои губы.
У неё были изящные руки с тонкими длинными пальцами. Очень красивые по сравнению с остальным немного нескладным телом. Они двигались над холстом, словно свершая сложный и непонятный танец полный какого то внутреннего экстаза, столь свойственного самой художнице.
Азу рисовала его углём, и это было очень возбуждающе. Рен остался у неё на всю ночь, но они так и не стали настоящими любовниками. Был секс, короткий и бурный по пьяни, но видимо для настоящего чувства они были слишком разные и наутро оба смотрели друг на друга с неловкостью и смущением, столь свойственные людям, перед тем как разбежаться в разные стороны.
Тем не менее, Рен вернулся днём, а затем позвонил и пригласил художницу на кофе. Они шлялись по улицам и болтали ни о чём, чувствуя удивительную лёгкость и свободу в общении друг с другом.
- Что бы стать хорошими друзьями, иногда нужно переспать друг с другом! – не раз повторяла Азуми, комментируя тот факт, что они так неожиданно тесно сошлись. У Рена этому было другое объяснение, впрочем, он никогда не задавался вопросом: Почему именно Азу?
Что то связало их вместе и он часто приходил сюда в мастерскую Азуми или в её скромную квартирку на Д – авеню. Не раз он встречал у неё разных мужчин и женщин. Некоторые по словам Азу были её натурщиками и деловыми партнёрами, такими же неприкаянными художниками как и она сама. Азу мечтала устроить выставку и иногда её работы красовались на улицах и в витринах магазинов. Но это приносило не так уж много денег, так же как и подработка, портретами на заказ.
Впрочем, Рен тоже не мог похвастать высокими доходами. В последнее время он работал официантом в баре и это позволяло ему сносно сводить концы с концами. Он снимал двухкомнатную квартиру в Тайском квартале. По ночам работал в баре, днём учился в университете и подрабатывал разносчиком. У Рена была мать, которой он регулярно высылал деньги, но два месяца назад, она умерла, и вот, он неожиданно оказался предоставленным сам себе. Для него это было непривычно. Остаться совершенно одному в этом большом и шумном городе. Не то что бы он не привык быть один, просто со смертью матери он внезапно осознал это очень остро. У него было много товарищей по университету, но ни одного настоящего друга. К тому же все они были из обеспеченных семей и дружба с простым официантом, да ещё и полукровкой не делала им чести. И возможно, поэтому сумасшедшая Азуми, несмотря на свои странные пристрастия и вызывающее поведение стала его единственным другом. Именно она поддерживала его после похорон, когда он не в силах смириться, пил и пил пытаясь преодолеть одиночество.
Сейчас он снова вернулся к жизни. И Азу попросила его позировать в студии. Её работа Человек дождя сделанная с его фотографии на мосту оказалась неожиданно популярной.
- Ты красавчик Рен. Мужикам не положено быть такими загадочными типами. Ты похож на сфинкса, когда молчишь. Молчи всегда, потому что когда ты открываешь рот, ты просто болван. Помассируй мне спинку, Рен!
Не раз, напившись, Азу лезла к нему пытаясь затащить его в постель, но из этого как обычно ничего толком не получалось. Всё так сказывались наклонности Азу. Трахаться она предпочитала с девчонками
Сегодня он задержался допоздна, но всё таки ушёл чуть раньше, чем Азу напившись начала приставать к нему. Дождь лил как из ведра. Но ему не хотелось признаваться Азу, что у него в последнее время туго с деньгами. Не то что бы их совсем не было, но было недостаточно для того, что бы позволить себе кататься на такси.
-Ты зайдёшь завтра? - Азуми уже закрывала дверь, но всё таки спросила, что бы не выглядеть невежливой.
Рен кивнул.
- Если будет время.
- У тебя свободное дежурство. Я помню - Азу хихикнула, и дверь закрылась, оставляя его в мире наполненным дождём. Рен спустился по лестнице и побрёл по лужам, думая о том, что его фотография висит на центральном рекламном стенде торгового стенда Гранады, а он как истинный человек дождя вынужден идти и по лужам и мокнуть.
Его дом находился в двух кварталах.
На улице уже начинало темнеть и один за другим зажигались фонари, лампы, рекламные надписи и щиты, приглашающее загадочно вспыхивали витрины магазинов и окна домов. По ночам город превращался в яркий разноцветный мегаполис нового ночного дня. Даже когда шёл дождь и на улицах почти не было народу.
Рен брёл по лужам закрыв зонт и позволяя пролетающим мимо машинам окатывать себя водой. Он улыбался. Даже если его костюм окажется безнадёжно испорченным, этот тёплый ливневый дождь стоил того что бы ощутить его на себе. Наверное, Азуми права, он был сумасшедшим.
******************
-Пора - сказал Изу, и на ходу доставая пистолет, первым шагнул из темноты. Кицуна младший, брат господина Кицуны, главаря противоборствующей семьи, оказался удивительно лёгкой мишенью. Лёгкой и беспечной. Он даже, кажется, не понимал, что его хотят убить. Садясь в машину он быстрее торопился попасть домой, ругал охрану которая забыв в эту непогоду о бдительности медлила с ключами.
Изумо прострелил ему голову с первого выстрела, а, затем, не прекращая поливать огнём, двинулся вперёд. Пули весело сплющивались о бронированные поверхности авто, вгрызались в плоть зазевавшейся охраны.
Это было легко. Почти без всякого сопротивления. А потом когда он и его люди шагнули вперёд что бы проверить цель, со стороны гаражей и из соседних автомобилей внезапно полился свинцовый непрерывный дождь. Подстава. Но кто? Изумо и сам не знал, почему он упал на живот ,успел перекатиться отстреливаясь в никуда, увидел как падают его люди, и рванул в темноту под прикрытие кустов и зданий. Пуля чиркнула в плечо, обожгла горячим, но кажется, больше ничего не задело. Ему удалось уйти. Везение было его основной чертой. Непередаваемое словами фантастическое везение. А затем, когда он, шатаясь от пережитого волнения, выбросил пистолет в мусорку и вышел на тёмную подворотню на него напали.
Это было даже смешно. Уйти из перестрелки для того, что бы столкнуться с бандой уличных пацанов. Изумо раскидал их одними ногами, напоследок особенно долго и жестоко отпинав их молодого главаря, что бы не зарывался, и знал своё место и когда он уже собирался уйти внезапной силы чудовищный удар обрушился ему на голову. Если бы Изумо не был ранен, то и тогда нельзя было простить себе подобную беспечность. К нему подобрались сзади, а он этого даже не заметил. Уже улетая в бездну, Изумо подумал о том, что эта удивительно нелепая смерть. И вполне заслуженная за ту дурость, которую он совершил. Наверное это был кто то из людей Кицуны, проследившим за тем, что бы Изумо не выполнил своё задание. Обидно если это так.
********************
Рен никогда не натыкался на пьяных и избитых людей. Но вот обнаружив странного светловолосого парня почти под самой своей дверью, растерялся даже не зная как тут поступить. С одной стороны надо было немедленно позвонить в полицию, но тогда придётся рассказывать в полиции о съёмной квартире, на которой он живёт не вполне законным образом и подставлять свою хозяйку, с другой стороны бросить нуждающегося в помощи человека он тоже не мог.
Рен подумал с несколько секунд, а затем, наклонившись, осторожно ощупал валяющегося на асфальте бродягу. На нём была дорогая чёрная майка, порванная в нескольких местах и кожаные штаны, и хотя от него ощутимо несло виски, на бродягу он явно не походил. Скорее всего, на нём была и куртка, но её вероятнее всего стащили.
Лицо и затылок в крови. Рен немного разбирался в медицине и сразу определил, что голова цела и рана просто поверхностная. Парень застонал от боли и Рен со вздохом покорности судьбе поплевал на руки в взвалил его на плечо.
Видимо деваться некуда. Что ж, он и сам не раз попадал в скверные истории и всегда находился кто то кто выручал его. Быть может и этот случай ни что иное, как испытание, посланное ему в расчёте на то что бы проверить его добродетель. Хотя Рен никогда не относил себя к разряду добряков, одно он точно не мог сделать. Это оставить человека в беде.
Затащив полумёртвое тело в узкий коридор Рен поднатужился и всё таки не удержав парня упал с ним на колени.
- Зачем я это делаю? – угрюмо спросил он сам себя.
И выругавшись, подхватил тяжёлое тело под мышки. Парень казался почти что худым, но весил, будь здоров. Рен раздел его и промыл ему раны. Голова была разбита и несколько рёбер сломаны, не говоря уже о том, что лицо было превращено в жуткий кровоподтёк. Судя по всему, пацана здорово били и, скорее всего ногами.
На щеке виднелся красный отпечаток рифленой подошвы.
- Интересно кто тебя так разукрасил? - вяло поинтересовался Рен, перевязывая ему голову и обрабатывая лицо раствором йода. – На плече у парня была глубокая обожжённая рана. Рен никак не мог понять её происхождения. Осторожно наложив ватный пропитанный раствором перекиси тампон, он наложил ещё одну повязку и, выкинув в таз с водой, пропитанную кровью вату, вытер со лба пот. Жутко хотелось спать, но, судя по состоянию незнакомца, ночка впереди предстояла долгая и бессонная. А долгожданные выходной накрывался медным тазом.
- По нашим улицам не стоит шляться одному и ещё в такое время – нравоучительно заметил Рен накладывая пластырь. Показалось или нет, но разбитые губы внезапно дрогнули в улыбке.
****************
Изумо открыл глаза и увидел перед собой низенький стол на котором громоздились пакеты из под еды и грязные тарелки. Куда бы его не занесло, его спаситель не был чистюлей. Он поморщился, думая о том где он находиться, и главное кто позаботился о нём?. Люди Кицуны не выпустили бы его пока не убедились что он мёртв. Почему он здесь? В голове всё смешалось в противный липкий туман. Изумо заставил себя прогнать его и сесть. Рёбра отозвались глухой ноющей болью из под наложенной поверх куска доски, тугой повязки. Его голова и плечо тоже были забинтованы, а многочисленные ссадины и порезы обработаны и аккуратно залеплены пластырем. Что ж, кто бы ни оказал ему помощь, он оказал её довольно грамотно. Оставалось надеяться, что у этого невесть откуда пролетевшего мимо, ангела милосердия хватило ума не вызывать полицию. Изумо осмотрелся, заодно незаметно напрягая и расслабляя мышцы и прогоняя кровь по венам, что бы в случае опасности реакция не оказалась слишком замедленной.
Комната, в которой он находился, была маленькой и относительно чистой, если не считать разгрома на столе. Стол и встроенный в стену платяной шкаф, были почти единственной мебелью, не считая двух высоких напольных ламп явно не гармонирующих с всеобщей обстановкой. На стене над его матрасом висел огромный портрет популярной в последнее время рекламной репродукции. Человек дождя. Изумо подумал о том, что точно такая же фотография висит в его собственной комнате не в пример более роскошной и просторной. Точно так же почти во всю стену.
Юноша на ней стоял на мосту, запрокинув голову и подставляя своё лицо тугим прозрачным струям. Дождь стекал по его мокрым волосам, заставляя их липнуть к воротнику плаща, мокрые пряди струились по щекам. На губах блуждала загадочная мечтательная улыбка. О чём он думал этот парень, стоя в фиолетово - розовых летних сумерках под проливным дождём и почему он улыбался? Наверное, он был счастлив. Влюблённый идущий со свидания или сумасшедший, потерявший всё и наслаждающийся кратким мгновением свободы? Изумо любил смотреть на него и всегда пытался найти ответ. О чём он думает этот красивый, удивительно нереальный парень с фотографии? Почему у него такая счастливая улыбка. Когда то у него была нелепая мысль найти его и задать этот вопрос. О чём же он мечтал в ту секунду, когда камера случайного фотографа запечатлела эту удивительно трогательную откровенную сцену. Но затем Изумо не стал этого делать. Улыбка человека дождя приносила ему покой и кусочек чего то забытого и невероятно далёкого как сосновые ветки в день дзёдай. И ему не хотелось разрушать этот прекрасный романтический миг, глядя на который он иногда любил мечтать.
- Привет, ты очень быстро очнулся. Даже удивительно тебя так сильно вчера побили – голос, ворвавшийся в неспешный туман его короткого блаженного размышления, был мягкий и бархатистый. В другой раз Изумо бы разозлился на то, что его вот так вот резко и бесцеремонно отрывают от приятных мгновений покоя, который охватывал его каждый раз, когда он смотрел на эту улыбку. Но сейчас видимо он был слишком избит, потому что в голове у него не было никаких мыслей. Наверное, сказывалось полученное сотрясение, потому что в эту секунду он впервые не думал об опасности. Он даже не разозлился, хотя в подобном случае мог запросто выхватить пистолет и прострелить раздражающему объекту что ни будь не существенное. На праздновании дня поминовения один из его людей именно таким образом потерял своё ухо когда, не подумав, влез в его разговор по телефону, но сейчас у него не было с собой оружия и ему ничего не хотелось. Хотелось только, что бы этот голос звучал и звучал не переставая, потому что он удивительно подходил к улыбке озарившей дождь. Словно принадлежал…
Изумо медленно повернул голову, ожидая когда его постигнет привычное разочарование. Он уже привык разочаровываться и в людях и вещах. И знал, что ожидания никогда не соответствуют действительности, так же как никогда не ждал подарков от судьбы, предпочитая рассчитывать на самого себя. Вот даже его извечное везение вчера предало его и ушло к другому, оставив снежного кота Изумо подыхать под дождём с пробитой ломом башкой. Где то там где среди пелены дождя на мосту обязательно должен был стоять прекрасный и загадочный юноша с нереальной улыбкой, и глазами полными бесконечной тайны. Он знал что то очень важное в эту минуту. И передал это всему миру в одной своей умиротворённой улыбке.
Сначала Изумо показалось, что у него что то с глазами. Потом, что с головой. Он сидел на полу, растерянно моргая и проводя ладонью по лицу, словно пытаясь отогнать наваждение.
В дверях, сжимая в руках поднос с едой, стоял Человек дождя. Он был почти такой же, как на портрете. Только вместо плаща голый торс, поверх которого наброшен забавный фартук и затёртые синие джинсы. Он улыбался. И улыбка его была в точности такой же, как представлял себе Изумо удивительно открытой, мечтательной и загадочной.
- Надеюсь, ты себя нормально чувствуешь - сказал человек дождя и шагнул в комнату присаживаясь перед ним на корточки и ставя перед оцепеневшим Изу поднос с едой. На груди у него болталась дешёвая цепочка, которая скользила по смуглой коже при каждом движении. Изу смотрел на неё не в силах оторвать глаз от смуглой кожи и от светлой полоски виднеющейся на шее каждый раз, когда юноша наклонялся и его немного длинные волосы падали на плечи. Он был европейцем с лёгкой примесью восточной и азиатской крови, что делало его внешность столь необычной и притягательной. Изу поймал себя на мысли что желает стянуть с него джинсы, и увидеть какого цвета его настоящая незагорелая кожа. Такая же она светлая как от цепочки или же смуглая не желающая расставаться с кофейным загаром, хотя осень уже давно вступила в свои права.
- Меня зовут Рен – парень, не замечая его настроя, принялся сгребать со стола пакеты и тарелки - А ты уже видел это? – Рен небрежно пожал плечами проследив направление его взгляда. – Это Азу придумала. Она художница. Ну мне честно говоря не очень нравиться, когда моё собственный портрет смотрит на меня со стены, у меня пока нет мании величия, но хозяйка упёрлась.
Он болтал без умолку. Изумо лежал на матрасе, безропотно позволяя ему осмотреть свои раны и блаженно молчал, изредка прикрывая глаза, когда его сильные и в то же время удивительно чуткие пальцы касались его тела.
- Как тебя всё таки зовут? - спросил наконец Рен заканчивая перевязку – Хотя это конечно не моё дело, но по-моему у каждого человека должно быть имя. Ты всё время молчишь, и не сказал ни слова. И вот я говорю за двоих. Может ты немой?
- Тетсуя. Меня зовут Асато Тетсуя - Изу солгал не моргнув глазом и удивлённо осознал ,что голос у него стал под стать новому имени. Тихим и робким.
- Кто тебя так избил, помнишь? Тебе не тяжело говорить? – Рен заботливо помог ему приподняться, вливая в рот тёплый бульон.
- Немного – Изумо покачал головой. – Меня избили, когда я шёл по улице. Я поссорился с родителями. Ушёл из дома. – Начав лгать трудно, остановиться. Изу убедился в этом на собственном опыте и сейчас с удивлением слушал свой собственный вдохновенный монолог – Я не знаю, что на меня нашло. Обычно я молчу, но сегодня, вчера, то есть вспылил. А потом на меня напали. И кажется, ограбили. Он с сожалением посмотрел ан запястье. Часов нет и телефона тоже.
- Понятно – Рен, кажется, не удивился. – В наших местах такие происшествия это обычное дело. - Тебе наверное стоило вызвать такси или одеться попроще – он указал глазами на одежду Изу отстиранную и приведённую в порядок. Изу с умилением подумал, что этот парень безумно мил. – Ты будешь вызывать полицию?
- Полицию – Изумо нахмурился. – Это разве поможет?
- Ну, я вижу, тебя здорово ударили – рассмеялся Рен звонко, демонстрируя в улыбке белоснежные ровные зубы. – Хотя, честно говоря, я бы предпочёл, что бы ты вызывал полицию, не вмешивая меня. Понимаешь, я эту квартиру снимаю без налогов. И если кто то узнает у хозяйки будут неприятности. Ну а я вылечу на улицу – он беспечно развёл руками и спохватился. – Бульон, наверное, остыл. Подогреть?
- Нет. Я не голоден. Спасибо.
- Тогда чаю?
- Немного – прошептал Изумо и покраснел, натолкнувшись на его спокойный дружелюбный взгляд.
Рен скептически хмыкнул - Ты всегда такой застенчивый, Тетсуя? Сколько тебе лет интересно? Ну, если это не бестактно? - спохватился он.
- Двадцать - солгал Изу не моргнув глазом. На самом деле ему было уже двадцать шесть, но он выглядел гораздо моложе своих лет и частенько пользовался этим.
- Вот как, а мне двадцать три. Исполниться в следующем месяце - слегка снисходительно и с осознанием собственного превосходства сообщил Рен, небрежно отбросив со лба короткую тёмную прядь. Изу стало смешно.
- Да ты уже совсем взрослый – заметил он и отвернулся, рассматривая фотографию на стене, что бы удержаться от ухмылки. Рен секунду сверлил его подозрительным взглядом, затем, собрав чашки поднялся
- Кстати тебе нужно в больницу обратиться - прокричал он уже с кухни. – Что бы тебя осмотрел настоящий врач. Мне кажется у тебя ребро сломано. - Через минуту он вернулся, неся в руках большую чашку и вазу с печеньем.
- И, скорее всего сотрясение - сообщил он, бесцеремонно приподнимая Изумо и поправляя ему подушки. – Нужно лечение и покой в течение десяти дней. Ну, или хотя бы пяти – Чёрт! - он нечаянно обмакнул палец в кипяток и, вскрикнув, засунул его в рот. - Подожди не пей. Я принесу разбавку.
- Рен -позвал Изумо ощущая себя безумно невероятно счастливым.
- А? - Рен на мгновение высунулся из за двери.
- О чём ты думал на мосту? - спросил он улыбаясь. – Когда стоял под дождём, о чём ты думал?
- А это -Рен беспечно махнул рукой и пояснил на мгновение появляясь из за двери и прижимаясь щекой к дверному косяку. – Понимаешь, меня уволили с работы и меня бросила девчонка. Но я увидел закат на мосту и когда пошёл дождь, я подумал о том, что жизнь удивительно прекрасна. Странно, правда? - он подарил Изумо свою неуверенную потрясающую улыбку и Изумо почувствовал, как на глазах у него наворачиваться слёзы.
- Совсем нет - отозвался он почти шепотом. – Жизнь удивительная штука. Я только что это понял – проговорил он и откинулся назад закинув руки за голову и улыбаясь вместе с Человеком дождя почти так же отрешённо и загадочно.

*******************

- Мой отец не понимает меня. Он хочет, что бы я работал в его банке, но понимаешь, мне совсем не хочется заниматься бумагами и отчётами о всяких финансовых операциях. Видишь, я даже никогда не вникал в его дела. Наверное, это неправильно. Но я мечтаю стать археологом и... В общем, я хотел поехать в Монголию на раскопки, а он не дал мне денег и наорал на моего научно руководителя. Или дал ему взятку. Когда утверждали списки, моё имя было вычеркнуто, а меня попросили больше не создавать проблем. В общем, мы поссорились. Наговорили друг другу всяких резких слов.
Рен подперев голову рукой, и потягивая баночное пиво, внимательно слушал излияния Тетсуи. Его случайный знакомый оказался из тех о ком говорят милый, но слишком скромный. Он действительно был довольно милым для парня. И его застенчивость и зажатость как то не очень вязались с его довольно продвинутым мужественным обликом.
Тетсуя носил кожаные штаны и красил волосы белой хной. К тому же в довершение всего у него были проколоты оба уха и правая бровь, что в сочетании с зигзагообразным шрамом на щеке делало его настоящим уличным бандитом. В отличие от Рена происхождение которого представляло собой настоящий коктейль, Тетсу был типичным японцем и хотя по его словам, в его жилах текла и европейская кровь, это было мало заметно. Разве что для типичного японца Тетсу отличался довольно высоким ростом, ничуть не уступая самому Рену.
- Ну, ссоры с отцом это не самое страшное, что может произойти в жизни – пробормотал Рен утешающее. – Ты уверен, что не хочешь обратиться в больницу.
- Уверен – буркнул Тетсу неожиданно раздражённо. – Меня ограбили мне нечем оплатить счёт, а если я воспользуюсь страховкой, то отец об этом непременно узнает.
- Мне кажется, это будет не самый худший вариант. Тетсу не сердись, если я тебе напрягаю. Но ты ведёшь себя как ребёнок – осознав, что он несколько старше по возрасту Рен кажется, решил, что имеет полное право его поучать. Изумо с трудом сдерживал улыбку. – Тебе стоит отправиться в больницу, а потом поговорить с отцом. Если не желаешь зависеть от него, найди себе работу и снимай квартиру, как и я. Это не самый худший вариант. Я привык обеспечивать себя с шестнадцати лет. Быть может осознав, что ты стал взрослым отец перестанет относиться к тебе как к ребёнку, и научиться уважать твоё право выбора.
- Хм. Я подумаю над этим. – Тетсуя выглядел полностью подавленным, и Рену стало неловко за себя. В конце концов, это не его дело лезть в чужие проблемы.
- Рен я вот тут, хотел попросить тебя…Тетсуя как то съёжился и пошёл красными пятнами. Рен посмотрел на него с удивлением, но затем напрягся, осознав, о чём идёт речь.
- Я отправлюсь в больницу, но если.…В общем если мы с отцом не помиримся. Понимаешь мне негде жить. Можно я поживу у тебя пока не найду работу.
Рен где то читал что отказывать людям это настоящее искусство которым обязательно должен овладеть каждый нормальный человек, что бы не взваливать на себя чужие абсолютно ненужные проблемы. Но видимо овладеть этим искусством было ему не под силу, потому что умоляющий взгляд Тетсу буквально пригвоздил его к полу.
- Слушай мне не нужны проблемы – начал он неохотно и, увидев как потухли его глаза и сгорбилась спина закончил убито. – Поэтому если ты хочешь здесь остаться постарайся их не создавать. Убираться будем по очереди и в следующем месяце я надеюсь, ты уже сможешь внести свою половину оплаты за квартиру.
Тетсу выпрямился, глядя на него красноречивым полным благодарности взглядом, а затем поклонился, низко коснувшись лбом пола.
- Спасибо Рен. Я этого никогда не забуду.
- Да ладно тебе – теперь смутился Рен.- Тетсу ты же современный парень. У тебя такие странные манеры. Это типа по японски, да?
- Да - отозвался Тетсу и улыбнулся - Типо по японски.
*******************

Рен насвистывая, поднялся по лестнице. Было уже довольно поздно. В руках он сжимал тяжёлые пакеты с продуктами и думал о том ,что видимо у этого странного парня Тетсу все проблемы разрешились сами собой .он отправился в больницу и пропал на неделю .наверное стоило как то навестить его, но Рен во первых не знал в какую именно больницу он отправился, а во вторых делать ему было больше нечего как навещать какого то незнакомого парня.
Он остановился напротив дверей пытаясь одной рукой и коленом удержать пакеты, а второй нашарить ключ в заднем кармане брюк.
Изумо отлепился от стены и шагнул к нему навстречу.
- Привет это я - он успел подхватить падающие пакеты и, нагнувшись, поймал пытающееся укатиться яблоко.
-Ну ты меня и напугал -переводя дыхание сказал Рен, растерянно моргнул и широко улыбнулся вызывая у Изумо нестерпимое желание припасть к его губам.
- Значит дома всё по-прежнему? – он открыл дверь и посторонился, предлагая Изу войти первым.
- Как всегда.
- Ты кстати неплохо выглядишь. Побывал в больнице?
- Да – Изумо рассеянно отвечал на его вопросы, внимательно оглядывая комнату и думая о том, что могло измениться в его отсутствие. Затем до него дошло. Фотографии больше не было на стене. Кто то снял её.
- Ну, проходи, осваивайся – Рен забрал у него пакеты. – У тебя только одна сумка? Скромновато. – он скрылся на кухне выгружая пакеты. - Пока тебя не было я тут кое что изменил. Убрал эту фотографию дурацку…Он вошёл в комнату и остолбенел, потому что Изумо с безошибочным чутьём отыскав глянцевый плакат который Рен пожалел выбрасывать вешал его обратно на стенку, скрепляя скотчем.
-Ну, ты..довольно быстро осваиваешься - только и пробормотал он, захлопнув рот и внезапно ощутил странное неясное беспокойство внутри живота. Тетсу смотрел на него таким жутким отрешённым взглядом, что ему стало не по себе.
- Мне очень нравиться - проговорил он тихо. – Человек дождя.
Рен сглотнул, ощущая, что Тетсу хоть и милый, но всё же странный малый.
Ладно – пробормотал он – Нравиться не вопрос. Путь висит. Я, пожалуй, пойду приму душ. Если хочешь, есть можешь залезть в холодильник. Завтра я попрошу у хозяйки копию ключей.
Он направился в ванную на ходу стягивая футболку.
У меня есть ключи-
- Что? – Рен остановился. Его голова смешно выглядывала из под полусогнутого локтя, он торопливо сдёрнул футболку.
– Я тебя не совсем расслышал.
- У меня есть ключи - повторил Изумо заученно. – Ты ведь попросил что бы я не создавал проблем. Ну, вот я и встретился с хозяйкой. Я заплатил за квартиру на три месяца вперёд и предупредил её о том, что пока поживу с тобой.
- И сколько она с тебя содрала? – простонал Рен представляя милого и скромного Тетсу в руках расчётливой и хваткой хозяйки. – Тетсу продемонстрировал ему ключи, покрутив их на пальце.
- Она была очень мила. И разрешила нам жить вдвоём за обычную плату. Если хочешь, спроси её саму.
- Ну, уж нет – Рен передёрнулся и принялся стягивать брюки. – Встречаться с хозяйкой лишний раз ему не хотелось. Сразу же начинались жалобы на то, что он слишком много расходует света и обогреватель в комнате абсолютно излишняя вещь.
- Зачем ты ждал меня на лестнице, раз у тебя были ключи? Он хотел сдёрнуть плавки и остановился, заметив напряжённый взгляд соседа
Тетсу покраснел и отвернулся, изучая потолок.
- Ну, я подумал, что это было бы невежливо. Без тебя. Всё таки ты хозяин квартиры.
- Какой ты милый - Рен присвистнул и, собрав вещи, исчез в спальне – Я уже теперь и сам не знаю, кто из нас хозяин в этой квартире – пробормотал он, возвращаясь с полотенцем на плече – Судя по оплате, выходит что ты.
- Иди в душ – Тетсу смущённо посмотрел на кончики своих пальцев. – Я не очень хорошо умею готовить, но зато умею делать хороший кофе. Надеюсь, ты пьёшь кофе?
- Это моя слабость. Но я не курю – строго заметил он. Услышав это Тетсу звонко рассмеялся.
- Я тоже.
-Почему то я думаю что мы поладим – серьёзно кивнул Рен и довольно насвистывая направился в ванную.
Изумо готовил кофе и слушал звук льющейся воды в ванной, сквозь который изредка доносился мягкий голос Рена.
Мы с тобой плывём на лодочке.
Вниз по весенней реке.
Рен безбожно фальшивил и, слушая его бархатистый голос Изумо улыбался.

Мы с тобой плывём на бумажной лодочке.
Вниз по весенней реке.
Пусть она так ненадёжна и легка.
Но она несёт нас к заветному берегу счастья.
И мы не боимся плыть.
Пока мы вместе даже тонкая рисовая бумага будет надёжнее дерева.
Наша лодка не перевернётся.
Пока мы вместе.
Держи меня за руку.
Я ощущаю твои хрупкие пальцы в своей ладони.
Вниз по весенней реке.
Мы так счастливы.
В нашей бумажной рисовой лодочке.

*****************
Рен вернулся с работы раньше обычного и Изумо едва успел обрубить телефон. Каске требовал его присутствия на предстоящем разбирательстве. Кто то подставил их людям Кицуны и заманил в ловушку. То что Изу единственный выжил в перестрелке да ещё и пропал на несколько дней говорило не в его пользу и теперь босс желал видеть его для серьёзного разговора. Изу уже встречался с боссом, где подробно изложил обстоятельства всего произошедшего и теперь эта повторная встреча вызывала у него беспокойство. Так же как не давал покоя вопрос кто именно мог оказаться крысой и подставить их. Если отбросить самого себя, то выходило что никто. Каске он знал со школьной скамьи и поверить в то что его друг оказался предателем, было слишком невозможным. Каске был того же мнения на его счёт и предлагал проверить всех членов банды начиная с самых низов.
Но на этой уйдёт несколько месяцев, а их босс не любит ждать. Изу возглавлял ударный отряд и выходило что это его личный прокол. Смерть семерых членов банды была на его совести. Сейчас он находился в неприятной ситуации ,которая в любую минуту могла стать для него смертельно опасной и не только для него, но и для Ренди с которым он живёт уже вторую неделю, сам не понимая почему он не может уйти. Улыбка человека дождя сводила его с ума. Он так хотел понять ответ.
- Ты спятил Изу – Каске смотрел на него как на сумасшедшего, каждая чёрточка его лица выражала ошарашенное удивление и словно орала, ты спятил Изу.
Ты хоть понимаешь, что ты творишь? Ты должен сейчас заниматься тем, что бы из под земли достать того ублюдка который подставил нас ,а вместо этого ты трахаешь этого своего человека дождя. Что тебя больше интересует, позволь узнать, его улыбка или его задница?
- Я не трахаю его - Изу с огромным трудом сдерживал подкатывающее раздражение – Я просто…
- Ну ну - Каске гадко ухмыльнулся и едва успел увернуться от полетевшего в его сторону стального когтя. Нож воткнулся рядом с его ухом. – Совсем больной – Каске покачал головой и выдернув нож из деревянного перекрытия брезгливо швырнул его на стол.
- Не смей говорить со мной в таком тоне. И не трогай Рена – прошипел Изу. Каске смотрел на него словно заворожённый. В ярости Изумо действительно напоминал кота и эти его седые волосы, топорщащиеся в разные стороны ещё больше усиливали это сходство. Когда они познакомились Изу было двенадцать лет, и он уже был таким уродом. Абсолютно седым. Учителя были в шоке считая его крашенные волосы вызовом всей общественной морали, впрочем, когда они узнавали истинную причину почему Изу такой белобрысый, они впадали в ещё больший шок. У них обоих не было родителей. Каске сбежал из дома в пятнадцать пришив перед этим своего папашу алкоголика, Изу вообще не знал родителей. Сначала они промышляли тем, что бродяжничали и грабили прохожих .пару раз они попадались ,сидели в колониях и учились в закрытом исправительном заведении из которого сбежали. Ужасы, которые творились за закрытыми бетонными стенами, могли бы потрясти самого закоренелого преступника. У них не было чувств. Все чувства умерли или атрофировались давным - давно иначе они не смогли бы выжить. Когда они встретились с людьми босса, у них сформировалась своя маленькая банда. Но вместо того что бы попросту расправиться с ними их приняли в дело, поручив контроль за одним из районов и потом начался своеобразный карьерный рост. Сейчас Изумо непосредственно подчинялись несколько десятков человек. Он больше не выполнял мелкую работу вроде собирания денег с владельцев магазинов или прочее чем занимаются простые бойцы. Хотя его потрясающее умение драться не освобождало его от этой обязанности. В любых серьёзных потасовках Изу был просто незаменим, так же как и в умении убивать. Он и Каске занимались тем, что называлось грязной работой. Деньги, которые им платили, были вполне достаточным обоснованием для подобного риска Изу и Каске были полезны. Впереди открывались вполне заманчивые перспективы. И вот Изу совершил серьёзный прокол.
- Ты понимаешь что мы не настолько важные и незаменимый шишки, что бы плюнуть на всё и заниматься устройством своей личной жизни – как то безнадёжно спросил Каске.
- Изу мы с тобой всего лишь одни из многих. Пусть не в последних рядах, но всё же мы никто. Даже то что для кого то ты являешься боссом не освобождает тебя от того факта, что для кого то ты не более чем шестёрка. И сейчас ты прокололся.
- Шестёрка вот как - Изу взял со стола бокал и задумчиво посмотрел в его мутное дно. – Не думал, что ты оцениваешь нас так низко. Я бы назвал себя десяткой или…
- В нормальной колоде пятьдесят две карты – устало оборвал Каске. – И поэтому ты всего лишь шестёрка, и уж тем более не валет. Станешь зарываться, и тебя уберут, точно так же как ты сам убирал ненужных людей. Я не хочу однажды получить на тебя заказ Изу. И поэтому прошу тебя, будь благоразумнее. Вернись к делам. Разберись с этой подставой, подёргай за ниточки. Ты же всегда был умным парнем. Босс пообещал содействие, но Изу ты должен начать хоть как то действовать вместо того что бы тратить время на этого как там его…он скривился вспоминая промелькнувшее имя.
- Ты когда ни будь, видел его улыбку? – отрешённо спросил Изумо.
Каске посмотрел на него с недоумением. – Улыбку человека дождя. Я всегда хотел понять, о чём он думал в ту секунду? Но ты знаешь он так и не смог мне объяснить. – Изу тихо засмеялся. – Когда он улыбается мне начинает казаться, что у меня всё таки ещё есть душа. Душа каске, а не комок никчемной грязи.
- Изу ты болен – пробормотал Каске, с какой то брезгливой жалостью. – Ты бредишь.
- Ты…мы не можем стать другими Изу – сказал он убеждённо. То, что ты сейчас говоришь…Мне тоже иногда бывает паршиво на душе. Хочется взять пистолет и пустить себе пулю в рот. Послать всё…но ты знаешь, почему то ужасно хочется жить. Трахать девок, нюхать дурь, напиваться до блевотины. – Он сжал бокал и тот треснул в его руках. – Я порой не понимаю, зачем я живу и почему мне так хочется продолжать свою уродскую жизнь. Потому что даже моя уродская жизнь, это лучше чем жрать крыс под мостом и подыхать от голода, или выпиливать гайки на станке для машины какого нибудь жирного грёбанного урода, или чистить ему бассейн и знать что я ничего не могу изменить. Что я буду получать плевки в лицо от всех тех кто лучше меня и выше, от всех этих чистеньких богатеньких мозгоплюев, только потому что им повезло родиться в нормальной семье – он разжал руку. – Я хочу жить Изу. Хочу жить хорошо и кататься на шикарной тачке. И иметь возможность самому быть хозяином жизни, а не подчиняться ей. Даже если для этого мне придётся перешагнуть через себя. Ну же Изу – почти крикнул он – разве ты когда то не этого хотел. Вспомни. Мы с тобой мечтали вместе о том ,что однажды у нас будет нормальная жизнь, нормальная жрачка – он почти с отвращением отпихнул от себя блюдо с изысканной закуской - выпивка, дорогие девки, нормальная одежда и хороший дом…разве ты не этого хотел когда то? – он скомкал салфетку и приложил её к кровоточащей руке.
- Ты помнишь Каске - сказал Изу поднимая на него глаза, а затем протянув руку, взял его за ладонь и стиснул её, отбросив окровавленную салфетку. – Там под мостом, когда мы с тобой мечтали о нормальной жизни, когда жрали крыс…Ты помнишь? Помнишь это чувство.
Каске задрожал и попытался вырвать ладонь, но у Изу была железная хватка.
- Мы были дураками – прошептал он внезапно севшим голосом. Глаза его увлажнились
- Мы были счастливы – горько закончил за него Изу убирая руку и глядя на следы крови на своей ладони. – И мы были свободны. Нам не нужно было подчиняться никому ,не нужно было выполнять ничьих приказов кроме своих собственных ,а теперь, теперь если тебе прикажут убить меня Изу. Сколько времени тебе понадобиться, что бы спустит курок?
- Жизнь вообще, паскудная штука – пробормотал Каске приходя в себя. – Никто и не говорил, что будет легко. За то что бы жить, так как сейчас нам пришлось заплатить свою цену.
- Ты счастлив Каске? – требовательно спросил Изумо. – Скажи мне, живя вот так, ты счастлив?
- Ты совершенно пьян Изу - сглотнув холодно сказал Каске поправляя воротник своего дорогого пиджака
- Наверное – кивнул Изу потерянно глядя в бокал - Только мне почему то больше совсем не хочется трезветь.
- Ты подохнешь – Каске поднялся - Ты никогда не сможешь ничего изменить и поэтому ты вернёшься нормальным или ты подохнешь. Он вышел, оставив Изу одного. Изу проводил его пустым равнодушным взглядом, услышал чей то глухой вскрик, кажется Каске в ярости разбил кому то нос.
Сейчас слушая как в замке поворачивается ключ, Изумо вспомнил эту сцену с неприятным чувством.
Рен ввалился в дом в кампании полупьяной девицы. Сам он тоже кажется, был слегка навеселе.
- Тетсу – позвал он, сбрасывая ботинки. – Познакомься это Алиса. Алиса это мой сосед Тетсу. Он очень скромный, но прикольный, так что ты его не обижай.
- Мы что то отмечаем? – поздоровавшись с девицей неуверенно спросил Изу.
- Да - гордо возвестил Рен поднимая палец к потолку – Мы отмечаем твоё заселение ко мне. Он шлёпнул девушку пониже спины и та жеманно взвизгнула. – Тетсу сегодня мы будем пить. За твоё здоровье.
- У нас нет выпивки – бесцеремонно открыв холодильник и ознакомившись с его содержимым протянул Алиса. Изу проследовав за ней с тихой яростью наблюдал как она взгромоздившись на стол и бесстыдно закинув ногу на ногу, принялась уплетать за обе щеки, приготовленный для Рена ужин. Но Рену, кажется, было абсолютно по барабану, что он Изу ждал его и отменил все важные встречи для того, что бы побыть с ним немного наедине, прежде чем он завалиться спать. Работа отнимала у него практически всё свободное время и порой Рен так уставал, что с трудом доползал до кровати. Сейчас он клеился к девице на его глазах, или девица бесстыже клеила его, обхватив его торс своими затянутыми в капрон полными ляжками. Изу едва не вывернуло при мысли что у его прекрасного Рена такой низкопробный вкус, но затем приглядевшись внимательнее он был вынужден признать, что несмотря на некоторую полноту, Рена подцепила весьма смазливая дамочка. И сейчас полупьяный друг, совершенно не стесняясь его присутствия, стремительно сдавал ей одну амбразуру за другой.
Изумо молча оттащил Рена от девицы, увидел удивлённые глаза обоих. Возникла неловкая пауза.
- Если мы отмечаем моё новоселье – сказал он смущённо улыбаясь – может нам стоит купить выпивку и включить музыку.
Алиса радостно захлопала в ладоши. Видимо развлекаться она хотела больше чем всё остальное.
- Рен нам нужно купить что нибудь – заявила она, стрельнув глазами в сторону Изумо.
- Что нибудь покрепче – поддержал Изу и решительно впихнул ему футболку. – Иди
- Изу ты подлый змеёныш – убито заявил Рен и принялся натягивать одежду. – Ладно кто что будет пить. Делайте заказ, а то магазин скоро закроется, а в ночной я не попрусь.
Девица с видом профессионального бармена принялась перечислять ингредиенты для коктейля и напитка которые следует брать. Рен зажал уши и кинулся к дверям. Она, хохоча, повисла на нём и в итоге после поцелуев и кучи пьяного базара, от которого у Изу свело скулы, они, наконец, разлепились и дверь захлопнулась.
Алиса, пошатываясь, вернулась в комнату.
- Твой сосед шикарный парень. Ты кстати тоже симпатичный. Только я забыла, как тебя зовут. Хочешь, я позвоню своей подружке, и мы весело... – она принялась копаться в сумочке, что бы достать телефон. Изу подошёл к ней и больно сжал её запястье. Девушка вскрикнула, выронив трубку.
- Ты что делаешь козёл? - Изу профессионально ударил её по почке, так что бы не осталось следов. Она вскрикнула и, застонав, осела на колени, держась руками за бок. Изу вздёрнул её за шиворот, ставя на ноги и придвигая к своему лицу. В глазах девушки появился ужас.
- Издашь хоть звук – прошипел Изу жутким голосом – И я тебе кишки выпущу жирная сука. Поняла меня – Он поднёс коготь к её лицу.
- На кого работаешь тварь? – он поднёс нож, к её щеке внимательно наблюдая за выражением её глаз
-Я не понимаю - жалобно заскулила девушка.
Изу удовлетворённо кивнул. Судя по всему девушка сказала правду, ну а если она солгала то это была слишком профессиональная ложь, её зрачки почти не дрогнули.
- Слушай внимательно – сказал он – Ты сейчас соберёшь свои манатки, дождёшься Рена и выкатишься из этой квартиры под очень убедительным вежливым предлогом. И если мне хоть что ни будь – он больно сдавил её запястье - Не понравится. Я очень на тебя рассержусь. Ты ведь не хочешь, что бы я рассердился? – спросил он почти ласково. Девушка столь отчаянно закивала головой, что становилось ясным она готова сделать всё что угодно только бы не увидеть, как он сердиться.
Ты меня поняла? - снова спросил Изу – девушка вновь послушно закивала. В глазах её стояли слёзы.
- Пожалуйста – прошептала она - Я всё поняла. Отпустите меня. Изу несколько секунд рассматривал её, потому убрал руку. Девушка мешком осела на пол.
Послышался шум открывающейся двери.
- Вежливо и убедительно – напомнил Изу и на лице его расплылась безобиднейшая смущённая улыбка.
- Рен ты уже так скоро - проговорил он, делая шаг навстречу загруженному пакетами юноше. – Ну, надо же, сколько всего – он заглянул в пакет. – Хватит, что бы напоить роту солдат. Алиса Рен купил две банки оливок – в притворном ужасе сообщил он, поворачиваясь к девушке. Глаза его нехорошо прищурились. Алиса выдавила из себя жалкую улыбку.
- Ну, я надеюсь, у Алисы есть симпатичная подружка. – Рен впихнув Изу пакеты потянулся к девушке. Алиса, сглотнув, отступила на шаг.
Рен понимаешь тут такое дело – она нервно глянула в сторону Изумо - У моей подруги, в общем Элли поссорилась с парнем. И у неё теперь очередной приступ суицидального настроения – она неуверенно улыбнулась - Не думаю, что это серьёзно, но мне стоит быть с ней рядом. Извини, что так получилось – она взяла свою сумочку и принялась пятиться к дверям.
Рен почесал в затылке.
Ну это..хм. я тебя провожу – предложил он беря куртку.
- Нет – Алиса почти взвизгнула и сказала более спокойно – Спасибо. Не нужно. У тебя всё таки новоселье. Я доберусь сама. У меня есть парень он ревнивый. Мало ли что. Я тебе позвоню - она, закончив лепетать бессвязный бред, пулей выкатилась из квартиры. Щёлкнул замок и несколько мгновений на лестнице слышался стук удаляющихся каблуков. Кажется, от страха девушка даже забыла воспользоваться лифтом.
- Вот это то, что я называю самый большой облом - философски изрёк Рен и подмигнул растерянному совершено раздавленному этой обиднейшей ситуацией Тетсу.
- Но это не повод пропускать вечеринку. Чего скис Тетсу. Открывай пакет. Устроим мальчишник. Ты что предпочитаешь пить?
- Минеральную воду - с тяжёлым вздохом пробормотал Тетсу и скривился, услышав оглушающий хохот Рена.
- Ты ыы только тыы женщина моей мечты – Рен пытался горланить песни и Изумо затаскивая его в подъезд приходилось зажимать ему рот. Что было очень хлопотно. На ногах Рен держался с большим трудом и только благодаря тому, что Изумо тащил его за талию.
Изумо тщетно пытался его угомонить.
- Рен тише – нас могут услышать. Ты же сам не хотел неприятностей.
- Да верно. Тетсу ты такой милый – Рен пытался потрепать его по щеке, но промахивался потому что Изу морщась от тонн перегара которыми обдавал его невменяемый приятель, убирал голову.
Он даже не успел толком допить коктейль, как Рен который успел уже изрядно поднабраться к своему приходу, потащил его в бар, знакомиться с девчонками. И Изу осознав, что Рена возможно остановить разве что силой, нехотя поплёлся следом, надеясь что они не влипнут в неприятности с полицией. Надо ли говорить что в этот вечер Рена ждал облом по всем статьям и у каждой новой подруги находился весомый повод ретироваться по неотложным делам. Один раз Изу пришлось выйти на улицу и разобраться с парочкой назойливых ребят которым какая то подруга накапала на, то что её обижают. Вернувшись, он застал оставленного без присмотра Рена в обществе очередной красотки и мысленно застонал, надеясь что у него хватит терпения вытерпеть всё это до того, как Рен угомониться.
- Ты такая гордая – Рен взял очередной фальшивый аккорд. Изумо мысленно выругавшись, зажал ему рот и, удерживая брыкающегося приятеля одной рукой, открыл дверь и втянул Рена в квартиру. Рен немедленно съехал на пол.
- Тетсу ты не умеешь веселиться. И поэтому у тебя всегда - он икнул – Лицо такое кислое.
Изумо на мгновение замер перестав стаскивать с него ботинки, а затем, зарычав, сбросил их на пол.
Тетсу, та блондиночка была просто…Изумо поднял Рена с пола и снова застыл ощутив как его пальцы зарываются в его волосы. – Ты похож на блондиночку – заявил Рен обвивая на нём – Только у тебя короткие волосы. Он засмеялся. – Если бы у тебя были длинные волосы, ты был бы блондинкой, а так ты блондин. Смешно - Изумо толкнул его на диван и принялся стягивать с него одежду.
- Эй, зачем ты меня раздеваешь? Тебе нравятся мальчики? – Изу поднял его на руки - Я не люблю мальчиков - заметил Рен заплетающимся языком. – Мне нравятся девочки. Он заорал потому что Изумо запихав его под душ безжалостно врубил ледяную воду и снова зажал ему рот. Несколько минут Рен яростно трепыхался в его руках. Изумо закрыл глаза, думая о том, что даже ледяная вода не способна остудить жар его тела. В отличие от Рена которого он раздел до трусов Изумо остался в брюках и теперь они намокли и липли к телу.
Он сменил воду на горячую и выпустив задыхающегося Рена склонил голову на бок ,оценивая его состояние.
- Ну ты и урод - Рен провёл ладонями по лицу. – Однако и я хорош нажрался как свинья. Я и сейчас абсолютно пьян – он покачнулся и Изу подхватил его под руки, на мгновение, притянув к себе
- Не паникуй. Пьяным ты мне тоже нравишься – шепнул он и выпустил Рена, прежде чем тот успел отреагировать. Рен затряс головой.
- Я что то плохо соображаю. Он опустил глаза и вскинул их удивлённо.
- Эй, ты же в брюках.
- А ты предпочитаешь, что бы я был голым – огрызнулся Изу – Могу устроить - и не удержавшись от сарказма принялся расстёгивать брюки ,собираясь снять их что бы не намочить пол в ванной.
Рен смотрел него раскрыв рот, затем моргнул когда до него дошло и расхохотался
- Тетсу, ты умеешь поддеть.
Изу терпение которого окончательно лопнуло стремительно повернулся к ухмыляющемся Рену, и нашарив за спиной мочалку и гель для душа ,не отрывая глаз от Рена вспенил гель и шагнул к нему. – Ты даже понятия не имеешь, как я могу поддеть – он притянул растерянно Рена к себе и принялся намыливать ему плечи.
Рен попытался упереться руками в его грудь, но они соскользнули, и он внезапно повис на Изумо, позволяя мочалке беспрепятственно пройтись по своей спине.
- Тетсу – простонал Рен хрипло дыша – Я пьян, чёрт хватит Тетсу, прекрати это. Ты меня заводишь.
- Вот как – Изумо мстительно посмотрел на оттопырившуюся резинку его трусов.
- Как удивительно. Я ведь не девчонка.
Он развернул Рена к себе лицом и, припечатав его спиной к стене, принялся неторопливо намыливать его живот.
Глаза Рена потемнели, дыхание сделалось прерывистым.
- Тетсу – почти простонал он. – Если ты не перестанешь… Ты же специально это делаешь, змеёныш – он вскрикнул потому что ладонь Изу стремительно опустилась вниз, неумолимо забираясь под тонкую ткань и дальше Рен уже не мог себя контролировать. Забыв о том, что перед ним мужчина и что он не признаёт однополых отношений он накинулся на своего соседа, словно перед ним была женщина. Разум что то пытался ему втолковать, но Рен был уже не в том состоянии что бы подчиняться разуму. Единственное о чём он мог думать, это о том, что ещё никогда в жизни ему не было так хорошо.
Любовь сводит с ума, она слепа и не делает различий, кто попадёт под её власть. Любовь заставляет людей терять рассудок, забывать свою гордость и отказываться от всего ради своей любви. Когда ты любишь, ты желаешь, что бы твой любимый человек был счастлив. Страсть же грезит только об удовлетворении собственного похотливого желания. Изумо не знал ,что же движет им в эту секунду ,высокие материи или низменный чувства, одно он знал точно, что в сейчас ради того что бы быть с любимым человеком он готов
пойти на любую жертву, даже наступив на собственную гордость, занять роль женщины. Если бы Каске узнал о том, до чего он докатился, он перестал бы его уважать. Изумо было плевать на это, и на весь мир. Сейчас в этот безумный миг он не мог думать ни о чём, кроме одного. Рен с ним. Рен принадлежит ему, а он принадлежит Рену. И это удивительно прекрасно. По лицу хлещет дождь, и весь пол в ванной залит водой. Они затопят соседей, но им плевать на это. Потому что есть сегодня и сейчас и совсем не важно, что будет завтра.

0

27

хах... клево))))))) прикольный такой фичек)

0

28

Roxy***,
прочитала)) оооо.. очень онравилось)) спасибо тебе))  а продолжение можно???

0